— Выггузигись и отлично. Остагное потом. Это все подождет, нам надо успеть до закгытия, до конца аабочего дня.

Марина посмотрела на нас и села назад.

— Я готова.

Профессор оглянулся и, не найдя никого подходящего, тыкнул пальцем в грудь Лёне.

— Деонид! Вы остаетесь за стагшего!

— Может… — Марина хотела сообщить, что мы не успели поспать с дороги, но профессор был неумолим.

— Не сахагный не гастяет. В путь! Будем к вечегу. Оставьте нам ужин.

Машина с Мариной и профессором умчала. Мы с Лёней переглянулись и пошли заканчивать установку палатки.

Когда всё было готово, я сказал:

— Давай так, их не будет часов пять-шесть. Дежурим оба, напополам. Три часа ты поспишь, а потом три я.

Лёня согласился с моим предложением.

— Идёт, только ты первый. Я хоть у Маруси немного поспал. А ты, мне кажется, с непривычки не спал в кабине совсем.

Меня ужасно клонило в сон и я держался из последних сил.

— По рукам.

— Ты только лезь в мешок, тут погода быстро меняется. Сейчас более-менее тепло, а через час может быть холодрыга.

Лёня отправился за стол к Марине, а я в палатку.

Нет ничего лучше, чем после долгой дороги наконец-то оказаться в свежей прохладной постели. Я разделся до трусов и шмыгнул в спальный мешок, почти мгновенно уснув.

Я не дышу. Холод буквально обжигает мои лёгкие. Вокруг темень, только узкая полоска лунного света ярко освещает часть пространства, где я нахожусь.

Абсолютная тишина, будто в ушах пробки. Я делаю шаг в сторону и вступаю в черноту.

Глаза понемногу привыкают к полной тьме, и я вижу стены пещеры.

Они действительно обиты серебристыми металлическими листами. Провожу по ним рукой. Чувствую выпуклые орнаменты и странные фрески, как на чеканке.

Приблизив лицо к стене, замечаю тысячи крошечных человеческих фигурок в повторяющихся позах покорности.

Такое ощущение, что их заставили застыть в момент молитвы или просьбы о покровительстве.

Это абреки. Воры. Бандиты. Убийцы.

Они бездушны, словно обменяли свои души на надежду получить богатую добычу во время ночного разбоя или воровства.

Я в пещере Чёрного Всадника. Оглядываюсь.

Теперь вижу серебряную кровать. На ней ничего нет, она скорее напоминает высокий топчан с углублениями и заклёпками по краям. От неё веет холодом.

В противоположном углу такой же стол и стул с высокой спинкой. На стене за столом большое панно: над горами два всадника в диковинных доспехах — тёмный и светлый — летят друг навстречу другу.

Я не сразу заметил, что посреди пещеры на треноге стоит медный котёл.

Прямо над котлом в высоком потолке круглое отверстие, через которое выходит дым.