Со всех сторон — вольная степь. Воздух можно было пить.
Сбоку раздался хлопок.
— Эй, каэр, — от навеса с левой стороны хозблока и выставленных под ним столиков шла пожилая женщина. На сгибе локтя у нее висела корзинка с цветными клубками. Вязание? — Утро тебе доброе. Ты у нас гость, иди поешь, а то все на работы разбежались, человека и позвать некому.
— Доброе утро, каэра, спасибо, — Сергей замешкался, но хлопнул в ответ и пошел к навесу.
Там оказалась дверь в столовую. Обычная такая дверь с отключенным сенсорным замком. За ней — прямоугольные столы с цветастыми скатёрками по всему залу, только табуретки плетёные. Обычная столовка. Никаких детей, вообще никого. В глубине — прилавок. За ним появился мужик в желто-красной косынке, повязанной на манер банданы.
— Утречко, каэр Сэрге, — мужик ловко вставил керамическую кружку с молоком в гнездо на подносе, где уже стояла одна кружка с темной жидкостью, источающей густой пар, и тарелка с каким-то пюре. — Булочки будешь?
— Доброе утро, — Сергей кивнул. — Спасибо, дайте две.
Булки оказались громадными, размером с два кулака, щедро напичканными кусками кисло-сладких фруктов. Темная жидкость оказалась травяным чаем без сахара. Сахара на столах вообще не наблюдалось, а просить не хотелось. Хотелось просто пожить так, как живут местные люди. Сергей отпил полкружки чая и долил молока. Молоко уютно пахло коровой. Ленка бы побрезговала. А ему внезапно стало легко и хорошо.
После завтрака отнёс посуду на прилавок. Отошёл за линию юрт и, стоя на широком бордюре площади, позвонил Ньёсу.
— Я немного повредил машину, прямо под колёса влетели прыгуны, но помято совсем немного. Я починю.
— Надеюсь, ты остановился и посчитал, кого сшиб? Нашёл мертвых? Ты должен сообщить об убитых прыгунах кочевникам. Хотя бы тем, у кого ты ночевал. И штраф надо заплатить, но это куратор сделает.
— Да они вроде уже знают, — Сергей сдвинул носком армейского ботинка усик блестящих лопушков, заползший на край брусчатки. Трава около жилья явно регулярно подстригалась.
— В любом случае, — Ньёс говорил быстро, но равнодушно, что успокаивало: значит, действительно никакой горячки и нет. — Хорошо, что ты сообщаешь. Конечно, если хочешь, можешь погостить у кочевников и декаду — тебя никто не торопит. Можешь даже у них остаться работать, хотя вряд ли есть место. Когда Лена выйдет на связь, я переадресую её на твой коммуникатор.
Сергей вернулся в столовую и обратился к жизнерадостному повару:
— Я тут вчера сбил прыгунов, кому мне сообщить?
Повар задрал брови, достал свой комм, что-то там посмотрел и усмехнулся: