Один.

Глухой.

Тивар побежал первым.

Я за ним.

Стрелка положения глубокого регулятора дрогнула.

И ушла еще ниже.

Почти до полного закрытия.

— Он двигается, — сказал Лаван.

— Сам?

Тивар схватился за колесо.

Оно не поддавалось.

— Нет.

— Тогда что его тянет?

Он посмотрел на пол.

— Механизм снизу.

Холод прошел по спине.

Не магия.

Не гора.

Механический привод.

Который сейчас закрывал регулятор глубоко под нами.

— Может быть давление само давит на заслонку? — спросила я.

— Конструкция не такая.

— Уверены?

— Да.

— Одиннадцать лет прошло.

— Принцип не изменился.

Тарен присел и положил ладонь на металлическую стойку.

Через несколько секунд поднял голову.

— Внизу работает механизм.

— Движение чувствуешь?

— Тепло трения.

Тивар побледнел еще сильнее.

— Тогда привод активен.

— Кто мог его включить?

— Из нижней станции.

Лаван посмотрел на стражников, вернувшихся от центрального входа.

— Пломбы?

— Наружная цела.

— Все?

— На главной двери да.

— Другие входы?

Тивар ответил:

— Старые сервисные галереи.

— Сколько?

— Минимум три.

— Опечатаны?

— После закрытия должны были быть.

Лаван выругался.

— «Должны» мне сегодня особенно не нравится.

Давление Пятой снова пошло вверх.

Сброс уже не справлялся.

— Что делаем? — спросил Лисан.

Тивар смотрел на схему.

— Если полностью открыть Пятую, можно выиграть еще время.

— Риск Чаше?

— Высокий.

— Людям?

— Если территория пустая и перелив свободен — меньше.

Лаван посмотрел на меня.

Не потому что я была главным техническим лицом.

Потому что Пятая входила в мою концессию и решение могло уничтожить имущество, которое я восстанавливала.

— Открываем полностью, — сказала я.

Никто не спорил.

Лисан повернул привод.

Вода хлынула в бассейн.

Пар поднялся стеной.

Через несколько секунд раздался треск.

Селма дернулась.

— Что?

Лисан осмотрел бортик.

— Верхняя облицовка. Не несущая.

— Уверен?

— Пока да.

Опять это слово.

Сегодня без него никак.

Давление наконец начало падать.

Медленно.

Тарен подошел ко мне.

— Мы должны получить доступ к нижней станции.

— Сейчас?

— Нет. Сейчас нельзя отправлять людей в неизвестный горячий коридор.

Я кивнула.

— После стабилизации.

— Да.

— И только с планом.

— Да.

Я посмотрела на него.

Раньше он уже был бы готов идти сам.

Возможно, превратиться в дракона и спуститься туда, куда людям опасно.

Сейчас не предлагал.

Он понимал границу собственной силы.

И ту, которую я не позволю ему пересечь вместо всех остальных.

Через десять минут давление вошло в безопасный диапазон.

Глубокий регулятор остановился почти в закрытом положении.

Еще через пятнадцать Пятую удалось оставить на полном сбросе без дальнейшего роста.

Чаша выдержала.