Перед тем как выйти, остановилась.
— Лиада.
— Что?
— Если термальное отопление дешевле, почему его никто раньше не пытался вернуть?
Вопрос был простым.
Ответа у меня не было.
Страх после Белого выброса.
Долги.
Разрушенная система.
Отсутствие денег.
Удобные контракты.
Возможно, всего понемногу.
Я не собиралась выбирать виновного раньше времени.
Но теперь у нашего расследования появился человек, который точно выигрывал от смерти Норрена.
Не обязательно преступник.
Пока только выгодополучатель.
И это была первая причина посмотреть на Палату огненного камня внимательнее, чем позволяли ее безупречные столичные отчеты.
Глава 7. Долги, которые не стареют
Самый старый долг «Семи Чаш» оказался старше Миры.
Она обнаружила его на третий день проверки архивов и принесла мне книгу, держа обеими руками, словно та могла рассыпаться от неловкого движения.
— Двадцать один год, — сказала она.
— После такого срока его должны были либо взыскать, либо списать.
— Его трижды переуступали.
Я отложила таблицу договоров на огненный камень.
Последние два дня мы почти не занимались ничем другим. Мира собирала документы по деревне, я сводила цены и сроки, Тарен через комиссию запрашивал сведения о поставщиках. Чем больше появлялось цифр, тем яснее становилось: Норрен после Белого выброса не просто перешел на другой вид отопления.
Долину постепенно привязали к нему договорами.
Но сегодня Мира принесла другую часть старых счетов.
— Показывайте.
Первоначальный долг был обычным.
«Семь Чаш» заказали крупную партию металлических креплений для тепловых линий. Поставщик выполнил работу. Комплекс оплатил большую часть суммы, а остаток перенесли на следующий квартал.
Потом произошел Белый выброс.
Платеж остановили.
Через год право требования продали.
Потом еще раз.
Последним владельцем долга значилась компания «Северный расчетный дом».
Название я уже видела.
— Где?
Мира открыла другую книгу.
— Вот.
Два года назад «Северный расчетный дом» выкупил задолженность за ремонт старой дороги.
Еще раньше — долг за металлические решетки.
Потом часть обязательств перед поставщиком древесины.
— Сколько долгов комплекса принадлежит им сейчас?
Мы начали считать.
Через четверть часа сумма оказалась достаточно большой, чтобы я перестала считать это случайной покупкой дешевых старых требований.
Почти половина зарегистрированной задолженности Норрена находилась у одной компании.
— Почему они не взыскивают? — спросила я.
Мира перелистнула последние страницы.
— Взыскивают проценты.
— Я вижу. Почему не требуют имущество?
— Какое?
Справедливый вопрос.
Заброшенные купальни.