Глава 3. Семь Чаш
Ралан отказался называть найденный в трубе состав доказательством диверсии.
За это я заплатила ему без спора.
Специалист, готовый подтвердить любую удобную заказчику версию, стоил дешевле только до первого суда.
— Я могу написать, что вещество попало в канал искусственно, — сказал он, складывая инструменты. — Могу определить основу смеси и подтвердить, что это не естественный минеральный осадок Пятой Чаши. Но кто, когда и зачем его туда внес, я не знаю.
— Этого достаточно.
— Не всем будет достаточно.
— Мне нужны факты, а не удобное обвинение.
Ралан посмотрел на меня внимательнее.
— Тогда сформулирую именно так.
Он остался в Норрене еще на день. Я оплатила комнату в доме управляющего, питание и отдельную работу по анализу воды. Последнее особенно не понравилось Селме.
— Раньше воду здесь пили и без человека из областного центра.
— Раньше здесь погибли двадцать шесть человек.
— Не от воды.
— Зато теперь любое происшествие запишут на мое имя раньше, чем пострадавший успеет пожаловаться.
Она поставила передо мной расходную книгу.
— В таком случае записывайте. Проживание, питание, два анализа, дорога обратно. За три дня мы потратили больше, чем комплекс обычно тратил за месяц.
Я посмотрела на итог.
Она не преувеличивала.
— Обычно комплекс ничего не восстанавливал.
— Деньги от этого не становятся дешевле.
— Знаю.
В первый вечер я еще могла представить, что моих личных средств хватит на несколько месяцев. Теперь становилось очевидно: если «Семь Чаш» не начнут зарабатывать, Право восстановления останется красивой статьей закона и дорогим способом доказать собственное упрямство.
Поэтому утром мы не стали снова разбирать Пятую Чашу.
Сначала нужно было понять, что вообще находится у меня в распоряжении.
Я потребовала полный осмотр всех семи источников.
Лисан пришел с инструментами, Ралан взял измерители, Мира — две книги и доску для записей. Селма принесла корзину с едой и заявила, что люди, собирающиеся ходить по склону до вечера, обычно вспоминают об обеде слишком поздно.
— А вы? — спросила я.
— Я достаточно стара, чтобы помнить заранее.
— Пятьдесят один год не старость.
— Для человека, который должен следить сразу за четырьмя специалистами, вполне.
Мы начали с Первой Чаши.
Вчера я уже чувствовала слабое тепло в подводящей трубе, но теперь Лисан принес ручной измеритель давления. Прибор подключили к старому контрольному гнезду только после того, как он очистил резьбу и убедился, что металл не рассыплется при первом повороте.
Стрелка поднялась совсем немного.
— Давление есть, — сказал он.