Если эксперты подтвердят совпадение, мне придется ответить уже не на вопрос, кто хотел уничтожить Норрен.
А на другой.
Почему человек, который годами следил за мертвыми источниками, однажды решил, что вместе с ними нужно уничтожить и мое имя.
Глава 12. Брак, в котором не спросили
Караван Гарона Веста вошел в Норрен на четыре дня раньше срока и вдвое грязнее, чем я представляла.
Первую повозку мы увидели около полудня.
К трем часам нижняя дорога была забита лошадьми, телегами, людьми и таким количеством мокрой шерсти, что Селма, глядя из окна гостевого дома, сказала:
— Если они все захотят в прачечную, нам придется стирать до весны.
— Они приехали на одну ночь.
— Мокрая одежда этого не знает.
Гарон спрыгнул с передней повозки и сразу пошел ко мне.
— Я предупреждал.
— За два дня.
— Предупреждал же.
— Договор требует минимум три.
Он посмотрел на серое небо.
Снег шел почти горизонтально.
— Хотите отправить нас обратно?
— Нет. Хочу выставить доплату за срочную подготовку.
Гарон рассмеялся.
— Вот теперь вижу хозяйку.
— Заявителя на концессию.
— Мне все равно, как это называется, пока есть горячая вода.
Она была.
И впервые я увидела, зачем последние недели мы тратили деньги не только на трубы.
Три комнаты гостевого дома приняли старших возчиков и двух торговых представителей.
Общий зал мы закончить не успели, но печь уже работала. Селма велела вынести туда лишние лавки из старой купальни и застелить пол плотной соломой.
Двенадцать человек решили ночевать в помещении.
Остальные предпочли палатки и навесы возле повозок.
Прачечная приняла мокрые плащи, рубахи и два десятка тяжелых шерстяных покрывал. За срочную работу мы установили отдельную цену.
Сушильный корпус работал всю ночь.
Горячую воду для кухни и хозяйственных нужд доставляли в закрытых бочках с Четвертой линии.
Лошади получили воду, корм и место под навесом.
Кузнец, несмотря на свой дорогой договор на огненный камень, открыл мастерскую до темноты и успел починить обод на одной повозке.
Гарон был доволен.
Я — только после того, как Мира пересчитала, во сколько нам обошлась его неожиданная пунктуальность.
— Мы все равно в плюсе, — сказала она.
— Насколько?
Она назвала сумму.
— После оплаты дополнительной смены прачечной?
— Да.
— Корма?
— Да.
— Дров общего зала?
— Да.
— Двух разбитых кружек?
Мира посмотрела на меня.
— Разбитые кружки не должны входить в расчет каравана.
— Почему?
— Потому что одну разбила я.
— Тогда стоимость удержим из вашей зарплаты.
Она открыла рот.
Я не выдержала и улыбнулась.
— Мира.
— Я уже испугалась.
— Записывайте в хозяйственный износ.
Она пробормотала что-то о людях, которые не умеют шутить безопасно для счетов.