Другая обслуживала металлические шкафы.
Третья раз в полгода проверяла сохранность архивных оттисков.
Четвертая занималась восстановлением поврежденных регистрационных книг.
Ни одного знакомого названия.
— Пока ничего, — сказала я.
— Пока.
— Ты уже проверяешь владельцев?
— Да.
— Не говори, пока не будет ответа.
— Хорошо.
Я отложила листы.
— Лаван хочет отправить найденную матрицу двум экспертам.
— Одному областному и одному столичному?
— Да.
— Согласна.
— Они попросят твою настоящую печать.
— Она опечатана в столице.
— Я распорядился не вскрывать без твоего представителя.
Я подняла глаза.
Тарен сразу поправился:
— Попросил комиссию. Решение принял Лаван.
— Лучше.
— Учусь.
Я почти улыбнулась.
Потом посмотрела на его руку.
— Как ожог?
— Нормально.
— Это не ответ.
Он снял перчатку сам.
Краснота уменьшилась.
Дрожи не было.
— Врач смотрел?
— Да.
— Хорошо.
Тарен медленно надел перчатку.
— Лиада.
— Что?
— Если экспертиза подтвердит, что матрицей из Норрена сделан оттиск на столичном распоряжении...
Он замолчал.
— Тогда кто-то не просто вмешивался в источники, — закончила я. — Кто-то использовал меня.
— Да.
— И мое появление в Норрене может быть не таким случайным для них, как мы думали.
— Я выбрал Норрен сам.
— Знаю.
Он напрягся.
— Никто не предлагал мне эту долину.
— Я не говорю, что тебя направили.
— Тогда?
— Ты выбрал удобное место для ссылки. Далеко от столицы. Под контролем знакомой Палаты. Формально безопасное.
— Да.
— А если люди, которые подделали приказ, знали тебя достаточно хорошо, чтобы предположить такой выбор?
Тарен долго смотрел на меня.
— Это уже очень слабая конструкция.
— Знаю.
— Норрен был не единственным вариантом.
— Знаю.
— Я рассматривал еще два.
— Какие?
Он назвал.
Я их знала.
Одно имение Орвалей на востоке.
Второе — маленький дом возле северной крепости.
— Почему выбрал Норрен?
— Потому что здесь ты находилась дальше всего от столичных Палат и у тебя был жилой дом.
— И потому что считал долину мертвой.
Тарен помолчал.
— Да.
Вот что мог знать человек, знакомый с его мышлением.
Тарен хотел убрать меня от опасного расследования.
Поселить туда, где я не смогу вмешиваться.
Где нечем заниматься.
Где я буду ждать.
А если кто-то знал, что Норрен не мертв?
Я потерла виски.
— Нет.
— Что?
— Мы опять строим версию впереди фактов.
— Согласен.
— Пока у нас есть только письмо Койса после приговора.
— И матрица в комнате, которой он интересовался.
— Если экспертиза подтвердит, что это вообще моя матрица.
— Да.
Мы одновременно остановились.
Раньше один из нас обязательно продолжил бы.
Тарен — потому что хотел довести решение до конца.
Я — потому что теперь ненавидела оставлять неизвестность.