Шесть больших Чаш работали.
Седьмая жила только слабым естественным теплом под землей.
И все равно комплекс оставался «Семью Чашами».
Я не собиралась менять название.
— Жалеешь? — спросил Тарен.
— О чем?
— Что приказала открыть Королевскую Чашу.
Я посмотрела на разрушенную террасу.
— Иногда.
Он явно не ожидал.
— Правда?
— Конечно.
— Я думал, ты скажешь, что ни секунды.
— Зачем врать? Она приносила бы прекрасные деньги.
Тарен рассмеялся.
— Вот она, великая романтическая душа хозяйки горячих источников.
— Ты женился на мастере термальных систем. Нужно было читать договор внимательнее.
Он рассмеялся еще сильнее.
Я смотрела на него и понимала, что люблю этот смех.
Не потому, что он вернул мне прежнего Тарена.
Прежнего я больше не хотела.
Как и прежнюю себя.
Он протянул руку.
Не взял мою.
Оставил выбор.
Я сама вложила пальцы в его ладонь.
Мы пошли вниз по дорожке.
Когда меня отправляли в Норрен, здесь видели место, где я должна была исчезнуть. Через год люди приезжали сюда за теплом, работой и дорогой через горы.
А я больше никому не доказывала, что имею право остаться.