— Дальше мы заставим Шестую Чашу оплачивать хотя бы часть собственного существования, — сказала я. — И подготовим смету Пятой.
Селма спросила:
— А расследование?
— Для расследования сохраняем образцы, документы и имена поставщиков. Но если я потрачу все деньги только на поиск виноватого, через месяц здесь снова нечего будет восстанавливать.
Лисан кивнул.
— Наконец разумный разговор.
— Вы часто считаете мои разговоры неразумными?
— Иногда слишком дорогими.
Я открыла чистую страницу.
— Тогда помогите сделать следующий дешевле.
За окном над Шестой Чашей поднимался пар.
У входа уже стояли две женщины из деревни, хотя до открытия оставалось еще полчаса.
На столе лежали первые заработанные монеты.
И рядом с ними — образец вещества, которого в старой трубе быть не должно.
Одно не отменяло другое.
Если я хотела сохранить Норрен, мне придется одновременно делать две вещи: возвращать ему работу и выяснять, кто однажды решил, что эта работа кому-то мешает.
Глава 4. Чужая рука на вентиле
Воду из Первой Чаши мы потеряли за одну ночь.
Не всю. На дне осталось около двух ладоней, но еще вечером бассейн был заполнен почти наполовину.
Я остановилась на верхней ступени и некоторое время смотрела вниз.
Накануне мы впервые открыли подачу в этот контур после проверки доступного участка трубы. Не для посетителей и не для официального запуска. Только для испытания.
Лисан настоял на медленной подаче.
Мы выставили клапан на четверть, отметили положение красной строительной чертой и каждые два часа записывали уровень воды.
В восемь вечера все было нормально.
В десять — тоже.
Последний замер Мира сделала незадолго до полуночи.
За шесть часов уровень должен был подняться еще примерно на две ступени.
Вместо этого вода исчезла.
— Источник мог ослабнуть? — спросила Мира.
Она стояла рядом со мной, прижимая к груди журнал испытаний.
— Мог, — ответила я. — Но тогда вода осталась бы в бассейне.
Селма посмотрела на сливную решетку.
— Значит, утекла.
Лисан уже спускался к нижнему служебному проходу.
— Подождите, — сказала я.
Он остановился.
— Что?
— Ничего не трогаем, пока не запишем состояние.
— Лиада, это слив, а не место убийства.
— Если он открылся сам, мне нужно знать почему. Если его открыли, тем более.
Лисан вздохнул, но вернулся.
Мира быстро записала время, уровень воды и положение основного клапана. Я обошла край бассейна.
На камне не было следов перелива. Значит, вода не ушла через верхний канал.
Основная подача все еще стояла на четверти.
Красная отметка Лисана на приводе совпадала.
Никто не менял ее положение.
Оставался нижний слив.