Инспектор Титаренко не поднимала глаз и с ответом не торопилась. Топить себя ей не хотелось. За длящееся под её носом преступление с неё спросят очень строго.
Помогли родители. Угрожающий гул их голосов подтолкнул Раису к трудному для неё ответу.
— Да, я считаю, что ваша квалификация данного преступления и сопутствующих ему причин, полностью соответствует закону, и действительности! — сдалась идээнщица, немного переврав мою установку. Однако, это уже мелочи, точка невозврата была ею пройдена.
Глава 16
Редко так бывает, но сегодня я встал без будильника и прекрасно выспавшимся. А хорошо выспался я по той причине, что спать завалился, когда вчера не было еще и одиннадцати. И уснул почти сразу, как голова оказалась на подушке.
И вот сегодня, имея с шести тридцати утра в запасе целый вагон времени, я решился на сеанс невиданной благотворительности. Еще до того, как Пана с Лизаветой разбежались по своим институтам и школам, я тихо покинул квартиру. С тем, чтобы заехать за Зуевой и любезно подвезти её к Октябрьскому РОВД. Что бы там недолюбливающий меня майор Данилин ни говорил и ни думал плохого про лейтенанта Корнеева, но душа моя болела, и переживала за производство. В данном конкретном случае, она болела за производство уголовного дела относительно спекуляции по-цыгански.
Ответственная и добросовестная Лида, наверняка еще вчера прилежно изучила все отданные ей материалы по ромалам и составила детальный план следственных мероприятий. Сам-то я не любитель составлять эти планы.
И потом, просто так ознакомиться со справкой, и планом перед тем, как всё это буду докладывать Данилину, я конечно бы мог. Но! Стыдно признаться, однако, мне было лень ломать глаза и осмысливать скучный текст. Особенно после того, как вернусь из педагогического вертепа, коим оказалась школа Лизаветы. А посему, пусть уж лучше она мне сама и своими словами по пути в РОВД донесёт собственные мысли. Сказанное вслух ляжет на мой разум гораздо лучше. И все возникшие у меня по ходу её доклада вопросы, я смогу задать ей сразу. И переспросить смогу тоже сразу, если что-то окажется мне непонятным.
Короче, благотворительность и еще раз благотворительность по отношению к любимой Лиде! Или я уже не джентльмен?
С этими мыслями я подъехал к подъезду Зуевой. Приткнув машину вплотную к пустующей площадке для сушки белья и замкнув дверцу, я отправился в нужный подъезд.
Полуодетая Лида меня не ожидала, но встретила с радостью. Она была очень тронута моей заботой и всячески старалась мне угодить. С удовольствием поглощая творожные ватрушки и запивая их сладким чаем, я с тоской выслушивал суждения высококлассного профессионала. Полные пессимизма и бесперспективности что-то исправить. А, если точнее, то о мерзостной пакости, тщательно подшитой в корки с номером уголовного дела. Той самой, которая по воле начальника областного следственного Управления и майора Данилина мне досталась для сведения меня в могилу.