— Зря вы, товарищ майор, так своё сердце рвёте! — добродушно посочувствовал я Ахмедханову, — Поверьте мне, зависть, это не самое достойное чувство для офицера советской милиции! А уж, если так припёрло, то завидовать лучше молча!
Не дойдя до бывшего первого зама трёх шагов я увидел, как злобно почернели карие глаза джигита. И решил не останавливаться на достигнутом. Не ради мести, а для того, чтобы всем и прежде всего самому Ахмедханову дать понять, что безнаказанно тиранить себя я не позволю.
— Это еще Владимир Ильич Ленин сказал. Вы ведь, Талгат Расулович, труды Ильича лучше всех знаете! И наверняка помните его посыл товарищу Бухарину, когда тот попытался Элизабет Стеффен перед соратниками по партии опорочить. И вы ведь помните, товарищ майор, как плохо потом кончил Бухарин?
Те сослуживцы, до которых дошло, что я незамысловато издеваюсь над недругом-насмешником, заулыбались первыми. А все остальные, глядя на более догадливых коллег, секундами позже. Через совсем непродолжительное время не веселились только трое. Я, Ахмедханов и Зуева. Лида традиционно опасалась за меня и потому зорко следила за неудачливым прыгуном. Очевидно, опасаясь новой ахмедхановской попытки кинуться на меня соколом.
— Ничего-ничего, лейтенант, мы еще посмотрим! — с уже ярко выраженным акцентом пообещал мне сбитый данилинской стеной кавказский планерист, — Хорошо тот смеётся, кто это делает последним! — вполне к месту продемонстрировал он присутствующим знание поговорок титульной нации. — Смотри, как бы скоро плакать тебе не пришлось, лейтенант Корнеев!
Знать сумел я задеть какой-то больной нерв джигита, если его разобрало до того, что он опустился до угроз. А ведь взрослый мужик и не дурак! Причем, далеко не дурак! Но дело начато и на самотёк его пускать не следует.
— Талгат Расулович, теперь вы смело можете обращаться ко мне «старший лейтенант Корнеев»! — елейным голосом и с подчеркнутым добродушием, сообщил я новость Ахмедханову, — Мне сказали, что министр внутренних дел Советского Союза сегодня подписал приказ о присвоении мне досрочного звания! Так что год, другой и мы с вами погонами сравняемся! А в должности, как я полагаю, я вас еще раньше обойду!
В коридоре стало тихо. А когда из двери данилинской приёмной выглянула Тонечка и в своей обычной манере бесцеремонно всех призвала на ковёр к шефу, внимания на неё не обратил никто.
А я в это же самое время, с вдруг нахлынувшей тоской думал о том, что же будет, если в силу каких-то обстоятельств, с третьей звездой случится облом. Н-да…
Глава 4