— А на фига такая спешка? — резонно удивился Гриненко, — Отсижу с утра у начальника и тогда уж к твоему Ворожейкину поеду!

— Нет, дружище, к Ворожейкину ты сразу поедешь. Вот, держи, это протокол его допроса, здесь всё есть! — я вытащил из корок дела нужные листы и протянул их оперу, — Потом изучишь, а сейчас слушай меня внимательно! Будем из тебя героя Октябрьского РОВД делать!

Минут тридцать я терпеливо и вдумчиво накачивал сыщика информацией. Сначала по раскрытию покушения на убийство и по персонажу по фамилии Чекалин. Потом, не менее обстоятельно поведал о своем желании усмотреть в действиях граждан Стукалова и Ворожейкина признаки еще одного преступления. Предусмотренного статьёй девяносто три прим УК РСФСР.

— Понял теперь, почему такая спешка? — с удовлетворением посмотрел я на широко раскрытые глаза друга, — Это твоя страховка. Даже, если я в прокуратуре ничего не смогу для тебя сделать, то в сводку ты уже в любом случае попадёшь! Мокруха, она, конечно, в зачет тебе пойдёт. Но по сравнению с хищением в особо крупных, да еще госсобственности! Короче, сам понимаешь, не поднимется у областного прокурора на тебя рука после того, как ты девяносто три прим поднимешь! Таких раскрытий в области одно на пятилетку! Не считая мясокомбината, конечно! — быстро поправился я.

— Ну да! — азартно согласился Стас, — Тем более, что по мясокомбинату этот новый прокурор никак не отметился!

— Молодец, соображаешь! — похвалил я прямо на глазах оживающего товарища, — Значит так, завтра встречаешься с Ворожейкиным и колешь его на предмет установочных данных «Чекана». Всё остальное для своего рапорта берешь из этого вот протокола допроса. Дата в нём, как ты видишь, не проставлена. Потом бегом в райотдел! Но, ни к кому не заходишь, а сразу ко мне! Ты понял меня?

— Я понял, Серёга! Я всё понял! — вскочил Стас, — Пошел он на хер, этот Тютюнник со своей оперативкой, свобода мне дороже!

— Ты там особо на Ворожейкина не дави, всё, что надо, я из него уже выдавил, — наставлял я бьющего копытом опера, — Твоя задача, это просто своё присутствие обозначить, чтобы потом развернутый рапорт о раскрытии составить! Ну и, само собой, «Чекана» установить. Понял?

— Да херня делов, Серёга! Он же, как ты говоришь, ранее судимый?

— Ну да, так и есть, сиженный он, — подтвердил я, — Фамилия у него Чекалин и зовут его вроде бы Гена, но это неточно. Времени у меня было мало, сам завтра всё у Ворожейкина выяснишь. В крайнем случае, оперов из других райотделов потревожишь!

— И да, ты иди уже, Станислав, мне отзвониться в прокуратуру надо!