Вечерняя оперативка должна была начаться уже через четыре минуты и мне надо было спешить. Убедившись, что посягавшая на мою свободу уравновесилась в своих эмоциях и, что ее истерика мне в самое ближайшее время не грозит, я быстро засунул дела в сейф и замкнул его на замок.
— Пошли, душа моя! — сохраняя печаль в голосе, подтолкнул я Тонечку к выходу, — Через три минуты уже начнётся!
Глава 13
На оперативку я не опоздал. Хотя и зашел в кабинет Данилина тогда, когда там уже все собрались. На неодобрительно-вопросительный взгляд Зуевой я демонстративно отодвинул манжету на левой руке и показал ей циферблат наручных часов. На которых было без одной минуты шесть вечера. Взгляд, которым меня при этом одарил начальник следственного отделения, тоже, как и у Лиды, добротой не был наполнен. Под задумчивым взором майора Ахмедханова я дошел до своего стула и сел.
— Лидия Андреевна, что там по сто восьмой в драмтеатре? — Данилин по какой-то причине решил меня игнорировать. — Не сегодня, так завтра нас город заслушивать по ней будет.
Зуева вскочила и, мельком оглянувшись на меня, стала что-то говорить. Неуверенно, неопределенно и с трудом вспоминая то, что я ей докладывал ранее. С учетом того, что динамика в расследовании этого дела была, можно сказать, стремительной, многого она, разумеется, не знала. Мне стало жалко Лиду. Начальницу надо было срочно спасать.
— Виноват, товарищ майор! — вскочил я со стула, демонстрируя тем самым, насколько я осознал прежние свои ошибки относительно соблюдения субординации, — Лидия Андреевна пока еще не в курсе последних результатов, добытых мной по делу. Я только десять минут, как вернулся в РОВД и доложиться ей еще не успел. Разрешите, я сам дам расклад?
— Валяй! — не стал капризничать шеф, прикуривая сигарету.
— Присаживайтесь, Лидия Андреевна! — не глядя на Зуеву, разрешил он ей, — Подчиненный ваш, видимо, полагает, что у него получится лучше оправдаться за висяк.
— Что, Корнеев, никак ты театральный «крендель» раскрыл?! — пыхнув в мою сторону клубом дыма, насмешливо ухмыльнулся майор. — Давай, хвались, а мы тебя послушаем! Со всем нашим превеликим удовольствием!
За исключением четверых, все остальные присутствующие на совещании процессуально независимые лица, угодливо заулыбались или вполне откровенно захихикали. Меня это разозлило и, чего уж там, мне даже захотелось позволить себе внеочередную выходку. Однако, понимая, что весь лимит на креативное поведение мной уже давно и надолго выбран, я решил сдержаться. Но и спускать беспочвенные нападки руководства тоже не хотелось. В конце-то концов, поиздеваться над старшим товарищем можно и не выходя за рамки приличий. Или я не следователь?!