Глава 16
После рандеву у Захарченко мы со Стасом разошлись. Он отправился в свой «угол», а я пошел у Данилину. Надо было утверждать постановление о передаче дела по подследственности. По вновь открывшимся обстоятельствам выходило так, что я, как милицейский следователь, был уже не достоин далее расследовать столь значимое преступление. Пусть теперь с этой шайкой творческих пидарасов доблестная прокуратура мудохается.
С этими потаёнными и не совсем правильными мыслями я и вошел в приёмную. А войдя, встретился с двумя парами женских глаз.
Те два сверкающих ока, которые принадлежали Тонечке, смотрели на меня, выражая смешанные чувства. Кроме сомнений и подозрения меня в чем-то нехорошем, в её взгляде было что-то еще. Но пока, не понятно, что. А крутобедрая Валентина Викторовна смотрела на меня проще. В её взоре читалось откровенное веселье и почти что материнское сочувствие.
— На месте Алексей Константинович? — указал я взглядом на дверь начальника.
— Занят пока! — не убирая с породистого лица улыбку, тормознула меня обладательница пятого номера роскошной груди, — Алдарова у него. Над отчетностью работают, сам понимаешь, конец месяца!
Антонина, отодвинув от себя какие-то бумаги, тоже хотела мне что-то сказать, но сформулировать свои мысли пока еще не успевала.
— А ведь я как раз по этому поводу к товарищу майору! — начал я убеждать античную женщину с величайшими достоинствами спереди и сзади. — Появились основание дело в прокуратуру спихнуть из нашего следствия! Так что, Валентина Викторовна, вы бы доложили обо мне Алексею Константиновичу! Давайте, все вместе порадуем шефа?!
— Доложу, но ты сначала свою ложку покажи. Или хотя бы обломки волшебного корня! — вдруг несолидно хрюкнула королевна районного следствия.
Произнеся две этих фразы, она уже не считала необходимым сдерживать своё веселье и в полный голос заржала, как полковая лошадь. При этом, ранее казавшаяся мне приличной, эта античная женщина ничуть не смутилась присутствием руководства за стенкой. На жгучие укоризненные взгляды, которые на неё бросала Тонечка, она вообще не обращала никакого внимания.
— Ну, Валентина Викторовна! — возмущенно пискнула разболтавшая мою самую сокровенную тайну вздорная девица, — Я же вас просила! Вы же обещали!!
— Что тут происходит?! По какому поводу такое бурное веселье, Валентина Викторовна? — в приоткрывшейся двери показалось перекошенное раздражением лицо шефа.
— Ааа, Корнеев! Ну, кто бы сомневался! — его гримаса стала еще более сердитой, — Тогда всё понятно! Тебе чего здесь надо, лейтенант? Сам ни хера работать не хочешь, так еще и подразделение посторонним весельем разлагаешь?! — накачивая себя злобой, Данилин был готов вот-вот пойти вразнос.