— И какие планы были на него? Обчистить всю мастерскую и попользовать дочку? — зло спросил я и представил, как быстро вытяну из-за пояса пистолет.

Меня не обыскивали и оружие не забирали. Если бы подобное попытались сделать, то разговаривать я не стал бы. Пришлось бы проявить строптивость, и я всю дорогу к трактиру был готов действовать.

— Мне нужна компенсация за потерянное время и выгоды, — прошипел быстро теряющий свою интеллигентность бандит.

— Ты понимаешь, урка, что я не пойду на сделку с тобой? — говорил я, нависая над столом, и было неважно, поймёт ли он обращение «урка». — Мне проще обратиться к приятелям-гвардейцам или даже прийти с вооружённой дворней. Это я не говорю о том, что князь может посетить и обер-полицмейстера. Я не угрожаю тебе. Я только хочу, чтобы ты понял, насколько разные у нас возможности.

— От шальной пули человек не убежит. И кто такой «урка»? — «барон» также навис над столом.

И здесь мне в голову пришла одна мысль, которая, согласно плану, не совсем своевременна. Но вполне может случиться и сейчас.

— Сядь, барон. И просто поверь, я уйти из трактира смогу. А вот о некоторых делах стоит поговорить, — я сделал вид, будто расслабился, отпил вина и продолжил уже более доброжелательным тоном. — Француз — мой человек. Это не обсуждается, слишком большие деньги он станет мне приносить. И я его увезу. Второе — я знаю, что у тебя есть оружие, я знаю его стоимость, и мы будем обсуждать продажу. Не сейчас, но время такое придёт. И третье, этот вопрос хочу решить, чтобы перейти к четвёртому, самому главному. Есть ли в твоём мире бандитов и разбойников сирые дети?

Я не знал Барона до сегодняшнего вечера, как, впрочем, и никого из представителей преступного мира. Но я знал, что купец Пылаев предлагал мне оружие и мундиры разных полков, расквартированных в столице. Понятно, что Пылаев якшается с Бароном. Никто иной, как купчина, мог рассказать о моих делах с ним. Отсюда легко сделать вывод, что поставщиком оружия может быть именно Барон.

— Я оружием не торгую, — сказал бандит и пристально посмотрел на меня.

После того, как я пригрозил ему гвардейцами, наверное, страшно продавать мне оружие, которое было с гвардейцев и снято. А с кого ещё? Солдаты, да и офицеры, частенько ходят в трактиры, не без этого. Как уже понятно, в таких заведениях у криминала есть свои уши и глаза. Подпоили солдатика, упокоили, забрали всё, что забирается. Вся схема.

При этом я уже сталкивался с досужими разговорами о дезертирах и о том, что в городах, особенно в столице и в Москве, чаще случаются случаи побегов из полков. И неужели никто не понимает, что большинство таких вот «дезертиров» уже лежат где-нибудь на дне Невы или реки Москва? Как часто бывает, все обо всём знают, но ничего не делают, чтобы не заиметь геморроя. Ну, и напрочь не развита система правоохранительных органов.