— Николай Игнатьевич, а что по заводику восковому? — спросил я у Тарасова.

— Так там не мудрено, крути себе свечи, да и будет. Жира свиного только добавить, — отвечал управляющий.

— Так дело не пойдёт. Ты, Осип, изготовь формы для заливки свечей. И пока этого хватит. Две-три тысячи свечей сделать — уже деньги неплохие. Считали эти прибыли в своих реляциях? — обращался я ко всем присутствующим.

Считали, но приблизительно. А насчёт того, чтобы пробовать эксперименты с нефтью, изготавливать парафин или идти по проторенному пути, начиная с производства стеарина, я уже думал. В моём стратегическом плане общение с химиками должно состояться уже этой зимой после Нового года.

Есть один русский учёный, которого можно было бы назвать, с некоторой оговоркой, великим, Яков Дмитриевич Захаров. Про него пока ничего не узнавал, кроме того, что нашёл в списках сотрудников Петербургской академии наук. Сейчас вот размышляю, а не сделать ли мне Захарова из просто выдающегося химика величайшим? Натрий с ним откроем, вот и парафин. Без Авогадро откроем закон этого итальянского химика. Правда, в последнем нужно чуточку поспешить и не растягивать на десятилетия.

— Что с картошкой? — спросил я.

— Здесь всё по-разному. Те сорта, что брали в Одессе, дали неплохой урожай. Что взяли в Киеве — дрянной. Но есть отдельные клубни, которые на треть корзины дают плодов, — отвечал Тарасов.

Здесь всё более или менее понятно. Ту, что дала плохой урожай, больше высаживать не следует. Жаль, но думать о коммерческом производстве крахмала слишком рано. Будем надеяться, что в следующем году наладим и это направление.

С кукурузой не совсем ясно, куда двигаться дальше. Большинство сортов оказались вполне высокими растениями и даже очень подходящими для производства силоса. А вот зерна мало. Иные низкие, но один полный початок и два неразвитых дают. Я рассчитывал, что урожайность кукурузы будет не ниже пятнадцати центнеров с гектара. По факту же вышло — девять. Хотя эти цифры ещё приблизительные, так как кукурузу ещё не собрали.

— Зёрна принесли мне? — спросил я у Тарасова.

— Завтра нарочного пришлю, принесёт, — ответил управляющий.

Может, я и фантаст, и увлёкся прожектёрством? Однако, почему бы не сделать такое лакомство, как попкорн? В моём разумении достаточно подогреть зерно — и получится то самое лакомство. Можно посолить, а можно и «искупать» в карамели. Последний вариант будет зашкаливать в цене из-за отсутствия доступного сахара. В современной России нет арахиса или семечек, причём, и подсолнечника, и тыквы. Так что попкорн мог бы очень быстро завоевать популярность в народе и даже в высшем обществе.