Сахар…

— Свёкла, бурак сладкий есть? — спросил я.

— Знать бы ещё, какой сладкий, а какой нет, — отвечал отчего-то Карп.

— Да пусть и на вкус выбрать самый сладкий и от него брать семена, — сказал я.

Нынче на сахаре огромные деньги делает Англия, чуть меньшие Испания. В основном сахар приходит из Центральной Америки, меньше из Индии и Египта. Стоимость его немалая. Но сколько будет строить сахар, если он даже удастся, выделанный по неотработанной технологии из свёклы? В той истории только континентальная блокада Англии способствовала бурному росту производства свекличного сахара. При этом понадобился «волшебный пендель» лично от Наполеона.

Подумаем ещё. Для начала нужно, чтобы свёкла была более-менее сахарная. Нынешняя мало пригодна. Но всё равно буду на следующий год пробовать работать по сахару. Это золотое дно, если отработать технологию. И сахар — это не только лакомство, это ещё и спирты.

Далее разговор зашёл о скотине. Жаль, но существенного прироста не было, хотя брюхатыми заделали всех коров и свиней, которые только для этого подходили. Жаль, что животные не могут быстро размножаться. Ну, а покупать скот — это существенные затраты.

— Ладно, поговорили чуть. Завтра поедем всё смотреть на местах. Так что можно и выпить. Только приглашу одного француза, — сказал я и пошёл позвать Агафью, мою, ну, или Куракина, единственную слугу.

— Вашбродь. Это… там девица была, так такая смачная, аж жуть! Кто такая? То жонка хранцуза? — спросил Северин.

— Вахмистр, ты чего этого кобеля никак не женишь? — обратился я к Карпу, но, не дожидаясь ответа, вышел.

*……………*………….*

Петербург

14 октября 1795 года

Екатерина Алексеевна пребывала в отличном расположении духа. Ничего не болело, третий раздел Речи Посполитой, почитай, состоялся, Станислав Понятовский сидит в Петербурге и заливает слезами дорогой персидский ковёр, а документы все готовы. А неча было поднимать восстание! Хотя, нет. Участь Польши была предрешена, а восстание Костюшко — это лишь ускоритель для исчезновения польского государства.

А ещё императрице нравилось, что она дала по носу Пруссии. Те заключили сепаратный мир с Францией, ну, а Россия показала, что так делать нельзя, иначе тебя будут просто игнорировать в европейской политике.

Все молчали, никто не возмутился вероломством, коварством русских. Англичанам было понятно, что без России Англии придётся, по факту, один на один сражаться Францией. И в этом противостоянии островитяне явно не в лучшем положении.

Великобритания никогда не стремилась сражаться на суше, напротив, всячески избегала таких ситуаций. В самой же Англии и существенной армии не имелось. Если бы островитяне содержали такие сухопутные силы, как та же Россия, давно бы уже по миру пошли. Так что воевать в континентальной Европе англичане предпочитали чужими руками.