— Ну, скажете, любезный Александр Андреевич. Разве же может считаться восток Черниговской губернии Малороссией? Это уже, почитай, коренная Россия, — Куракин показал, что щи он, может, и хлебает, но не лаптем, а изящной серебряной ложкой.

— Не думал, князь, что вы так осведомлены о моём минулом. Впрочем, — Безбородко решил, что Куракин может держать ответ, оттого пикировка может быть долгой, а у графа ещё очень много дел. — Не поделитесь, с чего так его императорское высочество веселился? Не поймите превратно, я, знаете ли, желал бы видеть наследника престола Российской империи улыбающимся и пребывающем в хорошем расположении духа. Вот и хотел узнать ваш секрет. Признайтесь, Алексей Борисович, что бы вы стребовали за свой секрет?

Куракин слегка растерялся. Нет, он мог бы в рамках светского разговора отшутиться, увильнуть от ответа. Но князь был несколько сбит с толку интересом Безбородко к Павлу Петровичу. В то, что граф и вице-канцлер будет спрашивать у Куракина с подачи императрицы, князь не верил. Да и слишком быстро Безбородко подошёл к Куракину после разговора с наследником. Не мог бы вице-канцлер Александр Андреевич Безбородко успеть получить указания от государыни. Тогда что?

Ни для кого не секрет, что Александр Андреевич Безбородко весьма амбициозен, но и считается успешным чиновником. Вот только Платон Зубов начинает заполнять все ниши при дворе, растекаясь, словно… В высшем обществе такие аллегории не приводятся. Теперь граф Безбородко если не отлучён от дел, то лишился многих возможностей общаться и убеждать императрицу. Доходит до того, что фаворит уже решает: кому дать аудиенцию у государыни, а кому отказать.

Так что? Безбородко ставит на Павла Петровича? Да, скорее всего, так и есть, но вице-канцлер об этом никогда не скажет. Что говорил Сперанский? Даже, если завещание в пользу Александра Павловича и будет, Безбородко его не обнародует. Именно вице-канцлер получался гарантом волеизъявления императрицы.

«Плут! Гнать Сперанского нужно, от Лукавого сие», — думал Куракин, находя в разговоре с Безбородко признаки подозрений, высказанных, казалось, семинаристом-учителем.

— Признайтесь, князь, его высочество пригласил вас в Гатчино⁈ — Безбородко улыбнулся. — Если это так, то не сочтите за труд, просто расскажите о нашем разговоре. Буду премного благодарен. А на сим прошу прощения, мне необходимо покинуть вас.

— Безусловно, граф, я постараюсь донести до его высочества те посылы, которые услышал от вас, — Куракин улыбнулся. — И не извольте беспокоиться! Я как раз посчитал нужным отдохнуть в саду. Знаете ли, чуть отвык я от дворцовых приёмов.