Начались стихийные празднования. Торговцы выкатывали на улицы бочки с дешёвым вином и элем, трактирщики разливали выпивку по дико спекулятивной цене, из окон домов вывешивали старые, выцветшие знамёна дома Вальдемар. Атмосфера всеобщей тревоги, которая висела над столицей последние месяцы, сменилась чувством облегчения и надежды.

Я смотрел на это из окна замка, и мой цинизм снова брал верх. Ведь прекрасно понимал, что радуются они не столько самому факту рождения ребёнка, сколько тому, что он символизирует. Стабильность и преемственность власти. Конец эпохи междуцарствия и неопределённости. Появление наследника означало, что новая династия, династия «Железного Герцога», как меня уже начали называть на основных территориях, и его ледяной герцогини, укореняется. И это было мощнейшим политическим заявлением.

Я отдал приказ казначейству выделить деньги на официальные гуляния.

— Два дня, — сказал своему фискалу, тощему, как жердь, счетоводу, которого я вытащил из долговой ямы и сделал своим личным кошельком. — Чтобы на каждой площади стояли столы с едой и питьём. Чтобы вино лилось рекой за счёт герцога.

Счетовод побледнел, прикидывая в уме убытки, но слова поперёк не сказал. Он знал, что я не разбрасываюсь деньгами. Это не была безумная щедрость, а просто очередная инвестиция в лояльность простого народа. И эта инвестиция работала.

Но была и другая сторона медали. Старая аристократия, те самые бароны, графы и маркизы, что ещё вчера утром пытались выторговать у Элизабет кусок Диких Земель пожирнее. Сейчас, когда их выпустили из-под домашнего ареста, они сидели в своих городских особняках и скрипели зубами.

Лира, которая за это время успела перетрясти всю прислугу, докладывала, что в салонах царит уныние, переходящее в тихую ярость. Появление наследника ставило жирный крест на всех надеждах. Они-то думали, что после смерти старого герцога, в условиях войны, можно будет растащить герцогство по кускам. Что молодая, неопытная герцогиня, вышедшая замуж за безродного мужика, долго не продержится.

А теперь всё, игра окончена. Наследник, в жилах которого текла кровь древнего рода Вальдемар и, как они считали, варварская кровь непонятно кого, был полностью легитимен. Это был фундамент новой власти, и этот фундамент они уже не могли расшатать. Кислые рожи, которые я представлял себе, читая донесения Лиры, были для меня лучшей наградой. Победа, одержанная не на поле боя, а в спальне. И от этого она была ещё слаще.

Первые дни я почти не отходил от Элизабет. Врач был прав, её состояние медленно, но верно улучшалось. Сильный магический дар ребёнка всё ещё тянул из неё силы, но теперь, когда причина была ясна, лекари знали, что делать. Специальные отвары, укрепляющие жизненную энергию, диета, богатая редкими ингредиентами, и главное покой.