LX

Ветеран мгновенно погасил фонарь и бесшумно скользнул к повороту коридора, сливаясь с густыми тенями трубопроводов. Впереди, за толстым бронестеклом герметичной смотровой площадки, открывался просторный шлюз. Зал был залит ослепительным хирургическим светом. Шестеро людей в тяжелых изолирующих скафандрах высшей степени защиты с логотипами Синдиката суетились вокруг массивной матово-чёрной капсулы, напрямую врезанной в центральную магистраль. Устройство мелко, непрерывно вибрировало, испуская сквозь смотровые щели тусклое фиолетовое свечение — идентичное тому, что пожирало ложную лабораторию на Болотах. Корпорация готовилась к финальному этапу запуска. Время на разведку вышло, наступало время прямого хирургического вмешательства.

LXI

Оперативник замер в густой тени нависающего трубопровода, хладнокровно сканируя ярко освещённый шлюз. Внимание Шрама мгновенно сфокусировалось на руководителе научной группы. Человек в громоздком изолирующем скафандре отдавал команды не по рации, а короткими, рублеными жестами левой руки, характерно и плотно прижимая локоть к защитному панцирю. Эта специфическая, въевшаяся в подкорку моторика, вбитая инструкторами на адских полигонах Конго, выдавала ветерана 28-го отдела с головой. Бывший коллега по цеху, переметнувшийся на сытные хлеба Синдиката. Ирония судьбы специалиста совершенно не заботила — предатели в их узкой профессии жили ярко, дорого, но, как правило, очень недолго.

LXII

На подступах к массивному бронированному стеклу дежурил одинокий охранник в тяжёлом штурмовом экзоскелете. Боец откровенно скучал, мерно постукивая прикладом дробовика по стальному настилу, абсолютно уверенный в неприступности скрытого глубоко под землёй комплекса. Шрам бесшумно скользнул за спину часового, словно растворившись в слепой зоне его нашлемных сенсоров. Широкое, воронёное лезвие боевого ножа с влажным хрустом вошло точно в открытый стык между шейной бронепластиной и кевларовым воротником. Охранник судорожно дёрнулся, силясь издать крик, но наёмник намертво зафиксировал бьющееся в конвульсиях тяжёлое тело, плавно опуская оседающий труп на решётчатый пол без единого лишнего лязга металла.

LXIII

Путь в центральную аппаратную был открыт. Ветеран выдернул предохранительную чеку из армейской светошумовой гранаты и мощным, сбалансированным ударом ноги распахнул незапертую боковую дверь шлюза. Тяжёлый цилиндр со звоном покатился по кафелю прямо под ноги учёным. Ослепительная магниевая вспышка и грохот, многократно усиленный замкнутым пространством, мгновенно парализовали всю группу. Шрам ворвался следом, действуя с холодной, машинной жестокостью. Короткие, скупые очереди из штурмовой винтовки безошибочно находили уязвимые точки на скафандрах вооружённого персонала. Через шесть секунд огневой контакт полностью завершился. В живых остался лишь бывший коллега из 28-го отдела, в ужасе вжавшийся в кресло перед главным терминалом.