— А ты горячая, — произносит он. — Мне нравится.

Парень старается развязать не до конца сгоревший ремень на одежде, чтобы раздеться и, по видимому, силой взять девушку перед ним. Его не смущает ни наше присутствие, ни её пламя, вырывающееся во все стороны. Кажется, будучи невероятно сильным он привык брать что вздумается, не спрашивая разрешения.

Молчун оттягивает его в сторону. Волибор напрыгивает сверху, прижимая к земле.

Парень отбрасывает одного мужчину в сторону нелепым, небрежным ударом. Второго отталкивает ногой. Видно, как он сдерживает силу. Похоже, он может одной рукой отвернуть шеи обоим, но он щадит их, забавляется.

До сего момента считалось, что самые сильные люди на Руси — те, кто обладают защитой от сил. Волибор, Егерь, Сбыня Бык, Краснощёкий… все те воины, о которых шепчутся у костра. Которых сравнивают между собой, о которых ходят легенды. Трудно найти деревенского мальчугана, который не слыхал бы о Левше, который прошёл по всем княжествам, истребляя особо опасных лесных тварей.

Все они защищены от разного рода волшебных сил.

Поэтому сильнейшие воины до сих пор те, кто использует обыкновенное оружие.

Не существовало людей, у которых сила повлияла бы на физические возможности. Никто не мог поднять гору, никто не мог бегать со скоростью стрелы. Однако сейчас перед нами предстало доказательство обратного: человек, способный пробить каменную ограду своим собственным телом, раскидать взрослых мужчин как пару сухих веток.

Это ставит его выше всех остальных.

Сначала идёт этот парень, единственный в своём роде. Потом легендарные воины с защитой от сил, а уже потом все остальные.

— Хана тебе, — шепчу сквозь сжатые зубы.

Со всех ног мчу к человеку передо мной. На ходу впитываю его собственную силу и чувствую, как мышцы наливаются, становятся крепче. Пусть у меня всего первая ступень, но даже этого достаточно, чтобы почувствовать влияние. Будто я как следует размялся и теперь меня распирает желание кому-нибудь вмазать.

Со всего размаха влетаю в парня.

Такое ощущение, будто я врезался в дерево. Меня тут же отбросило в сторону, всё тело заныло. Наверное ещё и пару рёбер сломал — надо будет найти Федота, чтобы вылечил.

— Ого, — вздыхает Неждан. — А вот это я почувствовал.

— Я рад, — говорю. — Почувствуешь ещё больше, если не остановишься.

— Как ты это сделал?

Парень совершенно потерял интерес и к Светозаре, и к Волибору, с которым только что дрался. Присаживается возле меня на корточки и рассматривает с интересом. Я сижу на земле и пытаюсь набрать воздуха в грудь. Даже дышится с трудом.