Владислав посильнее меня, поэтому я всё ещё щурюсь, но это уже что-то. Его белый силуэт виднеется на лошади впереди. Все князья накрыли головы своих скакунов плотными мешками, чтобы те не ослепли.

— Убейте тех, что сзади! — кричит Владислав.

— Не могу! — отвечает один из князей рядом с ним. — Не вижу ни черта!

— Наугад давай!

Высокий мужчина собирает в руке что-то чёрное, после чего метает его в лес неподалёку от нашей армии. Это оказался шар, во время броска превращающийся в горящую жидкость. Она разлетелась по деревьям, устроив небольшой пожар.

Его сила — бросаться горящий смолой. Примерно такой же, какой поливают атакующих со стен крепости, когда те подходят достаточно близко. Однако ему для этого не нужен ни чан, ни факел для зажигания. Достаточно протянуть руку, и смола сама оказывается у него на ладони. Если он попадёт вторым таким броском по нашим людям, те сгорят заживо, покрытые чёрной массой, разогретой до температуры адских котлов.

— Хана вам! — бормочу сквозь зубы.

Бегу в сторону князей, создав в руке длинный красный клинок. Через ладонь ощущаю, как Веде неприятно сражаться в таких условиях. Она привыкла всё видеть, а теперь ею орудуют как обыкновенным глупым оружием.

— Вон он! — кричит Владислав, указывая на меня. — Сначала его прикончите.

Внезапно весь свет от главаря северян пропадает. Мой собственный хоть и силён, но не настолько, как у Владислава, поэтому окружающие люди всё ещё прикрывают глаза, но уже способны двигаться и кое-как ориентироваться.

Один вражеских князей спрыгивает со своей лошади. Всё его тело покрывается шипами, как у ежа, только все они очень длинные и очень острые. Подойти к такому означает получить сразу тысячу ударов кинжалами. Более того, эти шипы служат как естественная защита от оружия. Дробящим ударом сверху-вниз его не задеть, только колющим.

— Вот ты и проиграл! — кричит мужчина.

Он бросается в мою сторону, но одного удара Ведой хватает, чтобы он упал на землю… без головы. Как хорошо сражаться против человека, который ни разу в своей жизни не встречался с духовным клинком.

Не успевает его тело упасть на землю, как я вижу горящую смолу, летящую в мою сторону. Причём не крохотным сгустком, а широкой волной, от которой невозможно уклониться. Подонок решил сжечь не только меня, но и своих же людей поблизости.

Считанные мгновения отделяют меня от того, чтобы начать кататься по земле в неудержимой боли.

В последний момент я успеваю перенять его собственную силу. Когда горящая смола достигает моего тела, приходит боль. Меня будто облили кипятком с ног до головы. Катаюсь по земле, стараясь унять пламя. Однако сила сделала своё дело: боль есть, но повреждений на коже нет.