— Классно огонь потушил, — говорю.

— Да, — подтверждает девушка.

— Прямо вот так раз — и нету пламени. Настоящий герой.

— Спасибо, — отвечает смущённо. — У нас там вода была, я её и вылил. Это не так уж и сложно.

— Вылить воду — может и нет. Но так быстро соображать, это нужны очень прыткие мозги. Хорошо, что в Новгороде есть такой человек. Жители могут спать спокойно, зная, что любой пожар будет погашен.

Мы со Светозарой несём полный бред, вываливая на удивлённого парнишку кучу странных комплиментов. Где-то в этом месте мы должны его связать и спрятать, чтобы он не попался на глаза пивовару, пока я буду в его облике. Вот только как посреди бела дня связать человека — непонятно. Пытаюсь соображать, но алкоголь в голове поёт песни — мешает сосредоточиться.

— Мне это, возвращаться надо. Дубыня злится, когда я надолго отхожу.

— Никуда ты не пойдёшь, — говорю.

Настала пора вскрывать все свои кости.

— У нас с собой оружие, — продолжает Светозара. — Мы прямо здесь вскроем тебе живот, если не сделаешь, что мы скажем.

— Э…

— Вот тебе один серебряный, — говорю. — Сходи на базар и купи себе сладостей. Иначе всё, конец тебе.

Совершенно сбитый с толку парень лишь хлопает глазами. Он не понимает, шутим мы или нет. Дело в том, что мы со Светозарой и сами этого не понимаем.

Чтобы убедить его в серьёзности наших намерений, я создаю в руке короткий красный кинжал: Веда чувствует, какая форма оружия мне нужна. В другой руке у меня одна серебряная монета. Её я протягиваю парнишке со словами:

— Это угроза. Иди и купи себе леденцов на базаре, иначе мы убьём тебя.

Парень переводит взгляд с кинжала на монету, затем обратно на оружие, и снова на монету. Нерешительно он протягивает руку, замирает в последний момент, будто ожидает, что серебряный обожжёт его пальцы.

— Смелее, — говорю. — Иди на базар прямо сейчас.

— Л-ладно, — соглашается парень.

— Иди, — шёпотом велит мне Светозара. — Я прослежу, чтобы он не вернулся с базара.

— Хорошо, спасибо. Дай мне как можно больше времени.

Девушка кивает, и они вдвоём с парнем уходят.

Вот он: момент, ради которого мы устроили весь этот нелепый спектакль. Меняю внешний облик: не только тело, но и одежду. Теперь внешне я не отличим от подмастерья, по крайней мере до тех пор, пока меня никто не трогает.

В своём новом образе захожу в пивоварню. Странно, но здесь я чувствую себя как дома. Будто все места на Руси, где варят пиво, сами по себе являются приятными и знакомыми.

Здесь я в своей стихии: всё знаю, всё умею, всё контролирую.

Я люблю работу над напитком, я люблю его вкус, я люблю собираться с друзьями за одним столом, чтобы чуть-чуть захмелеть. В такие моменты я чувствую себя как никогда живым. Делать пиво — это не работа, это призвание. Пойло может сварить любой дурень, но сладкую патоку, что будет греть душу — только мастер, который больше всего на свете обожает процесс производства.