– Зачем мы ходили к Огинскому? – Щегол спросил это, когда до Гнезда оставались считаные шаги.

– Чиж не может найти на него что-то стоящее, вот я и решил помочь.

– Мы с тобой и на Германа Жукова нарыли что-то, и на Огинского. В чем прикол Чижа?

– Прикол в сплочении. Мы все должны помогать друг другу, держаться вместе и оставаться семьей даже в самые мрачные времена. Так намного проще. Если будет каждый сам за себя, то всем нам лежать в одной братской могиле, – Сизый вздохнул. – И сейчас Чижу нужна помощь. Поэтому я и помогаю.

– Думаешь, он спасибо скажет?

– По крайней мере, будет чуть меньше ворчать.

Щегол недолюбливал Чижа за его вечный пессимизм и отрешенность. Чиж не выходил из Гнезда, постоянно находился то в их комнате, то за своим компьютером. Он смотрел свысока на Щегла, прямо как Сорока, и очень редко принимал участие в обсуждениях общих дел, особенно если Щегол отстаивал там свою позицию. Сизый верно подметил, что Чиж в их школьной вселенной играл бы отдельную роль.

В Гнезде горел свет, а значит, гостиная была наполнена Птицами. С самого порога был слышен смех Сороки и другие голоса. Сорока сидела на диване и заливисто смеялась, припав щекой к груди Чижа, что не переставал подливать масло в огонь и продолжал шутить. Сизый остановился в проеме и изумленно распахнул глаза, а после усмехнулся.

– Зря ходили к Огинскому. Чиж нашел другое лекарство от вредности. – Шутку Щегла Сизый не оценил и молча прошел дальше в комнату.

– О, вы вернулись? – Чиж обернулся и встретился взглядом со Щеглом. – Может, послушаем новые кассеты? А то так и не дошли руки до них.

– Только не здесь. – Ласточка вышла из комнаты Глухаря. – Глухарь прилег отдохнуть. Он себя не очень хорошо чувствует. Пусть поспит.

– Тогда наверх? – Сорока подхватила магнитофон и потащила его на второй этаж. – Мы тихо, обещаю. – Она выпятила нижнюю губу и после того, как Ласточка махнула рукой, продолжила тащить его наверх.

Ласточка бросила на Щегла недовольный взгляд, а после скрылась за входной дверью. То мимолетное видение на тренировке растворилось, и сейчас Щеглу казалось, что не было той девушки, которая жалела его, помогала и была такой доброй. Быть может, все это ему привиделось, и Ласточка правда холодная и непоколебимая. Она на самом деле ничего не чувствует, а не делает вид. Ласточке на самом деле плевать, и она всего лишь выполняет свои обязанности, а Щегол просто надумал себе все остальное. Оставив попытки разгадать тайну Ласточки, Щегол пошел следом за Сорокой и Чижом на второй этаж в надежде, что слушать они будут не «Сплин». В главной комнате на полу сидела лишь Сорока, поставив перед собой магнитофон.