Я закрыла папку с поставщиками и вспомнила ящики во дворе.
Возврат Кернского транспортного дома.
Плохое стекло.
Волна на поверхности.
Если я собиралась вытянуть мануфактуру из долгов, одними счетами дело не ограничивалось. Можно найти человека, который воровал, вернуть часть денег, добиться отсрочки, но предприятие без покупателей все равно умрет. Причина возвратов была не менее важна, чем исчезнувшее сырье.
— Келан, покажите мне ту партию полностью.
— Какую?
— Возврат Кернского дома.
Он посмотрел в окно, за которым уже заметно темнело.
— Сегодня?
— Если можно увидеть хотя бы часть при нормальном свете.
— В цехе свет есть.
Вот и еще одна новая подробность местного мира.
Я не стала уточнять, откуда именно там брался свет. Вопросов и без того хватало.
— Тогда идем.
Мирта подняла голову от бумаг.
— А счета?
— Заприте их. Завтра продолжим.
— Господин Мейл обычно...
— Господина Мейла здесь нет.
Я сказала это без нажима, но женщина сразу замолчала.
— Если кто-нибудь попросит книги до моего возвращения, не отдавайте.
— Даже...
Она посмотрела на Вардена.
— Даже моему двоюродному брату.
— Благодарю, — сухо сказал он.
— Не за что.
Мы вышли из конторы втроем. Мирта осталась внутри, хотя я заметила, как она подошла к двери и повернула ключ сразу после нашего выхода.
Келан повел нас не к ящикам во дворе, а в главный производственный корпус.
В первый раз днем я только мельком увидела мануфактуру снаружи. Теперь мне предстояло войти туда, где, если верить документам, последние месяцы исчезали деньги, сырье и заказы.
За тяжелой дверью оказалось жарче, чем во дворе. Не настолько, как я ожидала от стекольного производства, но достаточно, чтобы через несколько шагов пожалеть о платье с плотным воротником. Большой вытянутый зал пересекали кирпичные каналы, вдоль стен стояли рабочие столы, формы и инструменты. Дальше виднелись четыре массивные печи. Одна работала, ее отверстие отбрасывало на пол яркий свет. Вторая была темной. Еще две выглядели так, словно их не использовали давно.
Я задержалась всего на секунду.
Не от восторга.
От профессиональной привычки.
Любое производство сначала воспринимаешь целиком: как расставлено оборудование, куда идет человек с сырьем, где ему приходится делать лишние шаги, что мешает проходу, какие места используются, а какие постепенно превращаются в склад ненужного.
Здесь проблем было достаточно и без внимательного осмотра.
У первой печи работали трое мужчин. Один повернул голову в нашу сторону, но руки не остановил. Перед ним на металлической площадке стояла небольшая раскаленная заготовка, которую он прокатывал длинным инструментом.