Тот лег почти на пол, заглянул через нижний проход, потом поднялся и пошел к задней стене.
— Снаружи сначала.
Мы обошли печь.
Третья была больше первой по рабочей камере и иначе устроена вокруг наружных каналов. Теперь становилось понятнее, почему именно ее и четвертую отец прежней Найлы использовал для крупных листов и специальных составов. Возле задней стены проходил отдельный внешний участок магического контура. Толстый. С несколькими защитными ответвлениями, которых у первой в таком виде не было.
Я провела взглядом по старым креплениям, не касаясь.
— Это и есть защита под повышенную нагрузку?
— Часть, — ответил Савер. — Еще внутри стены.
— В каком состоянии?
— Если бы знал, не пришел бы в шесть.
— Вы могли прийти позже.
— Мог.
— Почему не пришли?
Он посмотрел на меня.
— Рой написал, что вы решили поднять третью.
Келан сразу вмешался:
— Я написал про осмотр.
— А она зачем подписала?
Савер кивнул на меня.
— Потому что не умеет смотреть на неработающую печь и не думать, сколько на ней можно заработать.
Я собиралась возразить.
Потом посмотрела на третью печь.
— Справедливо.
Келан тихо рассмеялся.
Савер, похоже, разочаровался.
— Не привыкайте.
— Поздно.
Он снял металлическую пластину с внешнего защитного канала.
Под ней обнаружился не красивый магический узор, а грязь, два старых крепления и темный шов между кирпичами.
Мне сразу стало легче.
Когда местная магия выглядела как работа, а не как чудо, с ней можно было хотя бы разговаривать.
Савер приложил к каналу одну из коротких контрольных полосок.
— Ничего не включаем. Сначала смотрим, нет ли остаточной связи с общим контуром.
— После такого простоя?
— Она физически соединена с магистралью участка.
Я посмотрела на Келана.
— И что?
— Когда третью гасили, рабочую ветку закрыли. Защитная все равно может брать слабый фон.
— Зачем?
— Чтобы контур не оставался полностью пустым годами.
Савер поправил:
— Если его закрыли правильно.
— А если нет?
— Тогда сейчас узнаем.
Он поставил еще две полосы на разных участках.
Бран принес старую схему.
Не из конторы.
Из своего ящика.
— У вас это было? — спросила я.
— Копия.
— Почему Мирта не знает?
— Потому что это схема креплений, а не разрешение и не расчет.
— Откуда копия?
— От отца.
Я замолчала.
Не моего.
Брана.
Он заметил.
— Мой отец делал часть металла для третьей и четвертой. У меня остались старые размеры.
— И вы молчали.
— Вы не спрашивали.
Я посмотрела на Келана.
Он с очень серьезным лицом изучал шов.
— Даже не начинайте.
— Я ничего не сказал.
— Именно.
Полосы не показали опасного остаточного воздействия. Слабый фон существовал на дальней ветке, но Савер назвал его нормальным для закрытой печи.