— Нет.
— Я уже понял.
— Не только этому проекту. Если ваша роль в Палате изменится, если товарищество решит пересматривать ваш внутренний статус, если комиссия завтра найдет еще десять ваших старых партнерств — это не основание получать долю в моей мануфактуре через долг.
— Даже если вам потребуется новая линия.
— Тогда я рассмотрю цену денег.
— Без собственности.
— Без собственности.
— Вы можете однажды получить предложение, где без такого обеспечения денег не будет.
— Получу и решу в тот день.
Олмар кивнул.
Не счастливый.
Не побежденный.
Просто человек, который услышал предел сделки.
Представитель товарищества уже готовил короткую запись об отказе.
Перед тем как подписать получение, я спросила:
— Право первого коммерческого предложения по специальному стеклу остается в нынешней редакции?
— Да, — ответил поверенный. — Если наступит предусмотренный договором период.
— Ничего не расширяется на обычный королевский заказ.
— Нет.
— На землю, печи, долю, разрешение.
— Нет.
— Хорошо.
Я подписала только получение итоговой записи.
Не дополнение.
Олмар поднялся вместе со мной.
— Госпожа Терран.
— Да?
— Вчерашнее письмо было не попыткой подготовить вас к сегодняшнему предложению.
Я посмотрела.
— Я этого не утверждала.
— Но подумали.
— Не можете доказать.
Он впервые за весь разговор чуть улыбнулся.
Очень не вовремя.
— Справедливо.
— А сегодняшнее предложение подготовили после того, как поняли, насколько близко подошла комиссия.
— Да.
— Вот это уже достаточно.
Я вышла.
На улице поверенный спросил:
— Вы ему верите насчет старых панелей?
— В какой части?
— Что не знает, кто отправил сотрудника за стеклом.
— Не знаю.
— Хорошо.
— Почему?
— Потому что я уже боялся услышать уверенный ответ.
— Зря.
Мы сели в карету.
До Терран ехали недолго, но этого хватило, чтобы открыть Миртин расчет еще раз.
Ближайший платеж товариществу был зарезервирован.
Королевский аванс нельзя было использовать как красивое оправдание для всего подряд, но он финансировал именно тот заказ, под который пришел. Складской покупатель заплатил текущую часть. Одиннадцать ремонтных листов закрылись деньгами. Следующий обычный заказ Левес поставил после королевского окна, не пытаясь продать уже занятую мощность дважды.
Рабочая линия была полезна.
Но сегодня не нужна настолько, чтобы отдавать за нее будущее право собственности.
Это не делало отказ героическим.
Просто посильным.
На Терран меня встретил Норем.
— Первый королевский лист вышел.
Я остановилась.
— Готовый?
— Нет.
— Тогда почему «лист»?
Он растерялся.
— Он же лист.
— Горячий участок закончен?
— Да.
— Охлаждение?
— Идет.