«И да, это опять не ловушка».
На этот раз не зачеркнула.
Ответ пришел через полчаса.
«Теперь точно подозрительно. Буду».
Он приехал в семь десять, один и даже без еды.
— Я начинаю терять к вам уважение, — сказала я у ворот.
— Почему?
— Ничего не привезли.
— Вы написали, ничего не нужно решать. Я решил распространить запрет на корзины.
— Очень свободное толкование.
— Могу уехать и исправиться.
— Не можете.
Он посмотрел внимательнее. Я сама услышала, как прозвучало. Не стала исправлять.
— Тогда показывай, — сказал Эрваст.
Я повела его не в контору, а через двор к производственной доске. Четыре колонки он увидел раньше, чем четыре печи, и прочитал каждую.
— Первая — мастерская.
— Да.
— Вторая — город.
— Первая варка после ремонта.
— Третья — новый королевский обычный лот.
— Отдельный договор. Специальной части нет.
— Четвертая — склад.
— Маленькая первая часть. Высокая ветка закрыта.
Он посмотрел на меня.
— Ты действительно открыла четвертую.
— Келан, Савер и Бран открыли. Я оплатила.
— Конечно.
— И вторую отремонтировали.
— Вижу.
Мы вошли в корпус не глубоко. До рабочих зон я его без Келана не собиралась вести только ради личного вечера. Из безопасного прохода было видно достаточно. Первую печь я знала лучше всех. Вторая больше не была темной стеной с трещиной, возле которой Келан в первый день запретил мне даже думать о малом горшке. Третья давно перестала выглядеть чужой. Четвертая светилась в дальней части корпуса, где раньше хранили старый стол и редко пользовались сортировочной комнатой.
Все четыре работали одновременно — не на полной мощности и не потому, что Терран внезапно могла брать любой заказ города, а потому, что сегодня под каждую печь существовали люди, деньги и договор.
Эрваст некоторое время смотрел на рабочие зоны. Потом спросил:
— Кредитная линия?
— Восстановлена.
— Использовала?
— Нет.
— Почему?
— Не понадобилась.
Он кивнул. Никакого «я бы сделал так же». Я добавила сама:
— Если понадобится потом, возьму. На нормальных условиях.
— Знаю.
— Откуда?
— Потому что ты не отказалась от нее из принципа.
— Очень неприятно, когда меня начинают понимать.
— Мне тоже было сложно.
Я рассмеялась. Келан прошел по дальнему проходу, увидел нас и остановился.
— Господин Керн.
— Господин Рой.
— Если пришли покупать пятую печь, нет.
Эрваст посмотрел на меня.
— Я ничего не говорил.
— Он предупреждает заранее, — сказала я.
— Учится.
Келан ушел. Я смотрела ему вслед и поняла, что на этом действительно могу закончить рабочий день. Не потому, что все четыре печи работали. Потому что каждая из них работала без моего присутствия у дверцы.