— Только твои так умеют? — негромко спросил я, наблюдая за действиями штурмовых групп. Действовать нам предстояло в городских кварталах, а после — в невероятной теории, в коридорах многоуровневой подземной базы, и глядя на действия бойцов я даже немного поверил в успех.
— Все ваши солдаты, мой лорд.
— Когда и кто успел настолько хорошо из подготовить? — не скрывая удивления, поинтересовался я. Впрочем, не дожидаясь ответа — который уже знал, сделав несколько быстрых шагов оказался у ближайшего каргарианца. Выставив отрытую ладонь, заставив его замереть, подошел еще ближе и не прикасаясь, всмотрелся в его виски. Так и есть — краснота на темной коже незаметна, но красные точки небольших ранок видны. Протянув руку, коснулся броневой пластины на спине, чуть ниже шеи и посмотрел в глаза с немым вопросом. Каргарианец понял невысказанный вопрос, и кивнул. Даже без осмотра стало понятно, что в районе спинного мозга у него такие же следы от игл нейрошунта.
Вздохнув, я отошел обратно к Картеру.
— Напрямую загрузили? — полуутвердительно поинтересовался я.
— Так точно, мой лорд.
— Без чинов.
— Есть без чинов, мой лорд.
Покачав головой, я решил не настаивать на форме обращения. Тем более после слов Картера все стало понятно о произошедшем с каргарианцами: ни одного дабла в системе не было — потому что в армейских подразделениях подобные импланты могли находиться только в учебных частях и подготовительных лагерях. Но каргарианцев необходимо было срочно обучить, поэтому все три сотни прогнали через разгонные капсулы — наверняка вывезенные Харрисом из Форпоста вместе с регенеративной камерой, — без вживления имплантов дополненного знания. Эта безжалостная процедура была сродни сканированию мозга — только вместо того, чтобы снимать слепки сознания, наоборот добавлялись дополнительные уровни знания.
При обучении в имперской армии загрузка данных проходила постепенно — даже с учетом дабла, который являлся в том числе и предохранителем, а в смертников-каргарианцев, чьими жизнями купили благополучие выбравшие не ту стороны кланы, закачали знания напрямую. Это было… совершенно негуманно, если использовать мягкое определение.
— Процент потерь? — осмотрел я каргарианцев, которые никуда не уходили и никуда не торопились.
Да, они ведь уже формально умерли для своих родственников и кланов, так что ни прощаться, ни собираться никому не надо. Теперь уже я смотрел на подразделение смертников иными глазами — если вначале удивлялся, что их слишком мало для трехсот, то сейчас — слишком много для трехсот, прошедших процедуру, сродную экспресс-сканированию мозга.