— Смотри что у меня есть, — вновь сунулся Юз ближе, и в его руках я заметил фотографию Джайны. Ту самую, которая оставалась в Барсике, когда он приземлился в захваченной термитами резиденции Мальозы.

— Откуда?

— Гвинкайн передал.

— У себя оставь пока, — буркнул я, вскользь скользнув взглядом по веснушчатому лицу с удивительно яркими глазами. На душе сразу стало теплее.

— Командир, стесняюсь спросить, но это что за школьница и почему она в доспехах нашего бледнолицего? — деланно громким шепотом поинтересовался Юз, поднимая забрало. Почти сразу я заметил сбоку смазанное движение — оказывается, рядом с Юзом находился и Гвинкайн. Ухмыльнувшийся после вопроса Юза мастер-сержант — русского он не знал, но красноречивый взгляд в сторону каргарианки видел, протянул мне стандартный комплект униформы. Стоило мне облачится в подогнанную по размеру одежду, как она изменила окрас. Вот только вместо привычных черно-серебряных цветов Второй гвардейской, расцветка приобрела синий оттенок, а череп и пятиконечная звезда штурмовых частей оказались обвиты королевским драконом Мелани. И я его знал — монстр был удивительно похож на очертания живой татуировки на плече Камиллы.

Пока я, опустив взгляд, рассматривал эмблему на груди, умники Косты сноровисто поднесли ко мне раскрытую в состоянии готовности броню. Стоило только прохладному материалу прикоснуться к открытой коже, как доспех ожил, и я оказался словно в родной скорлупе.

Для всех нас — существ 13-го взвода, последний год проведших в броне индивидуальной защиты, она стала привычной второй кожей. Вот только события последней недели совершенно выбили меня из колеи, причем настолько, что я даже не подумал о том, что на «Лавинии» по штату должна располагаться абордажная команда, а значит — запасные доспехи космодесанта. Юз же, который погиб на яхте вместе с Джеем во время бегства из резиденции Мелани, подумал об этом — наверняка удивившись тому, что я продолжаю расхаживать в устаревшей и поврежденной экипировке.

Пока я примеривался к доспехам, он пытался мне что-то сказать — даже отправляя сообщениями картинки с изображением окутанного темной дымкой — точь-в-точь как доспехи вранов, корабля, но я не обратил внимания — слишком был занят текущими вопросами, которых свалилось невероятно много на подтверждение. Интерактивные панели интерфейса висели передо мною словно открытая книга, и в каждый текст или приказ необходимо было вникнуть, прежде чем подтвердить.

Улучив момент, я поднялся и спустившись с постамента капитанского мостика, быстрым шагом подошел к Ричи. Кавианец смотрел мне в глаза, не отводя взгляда, но кожа его приобрела уже знакомый мне синюшный оттенок — признак сильного волнения. Я хотел было что-то сказать — многое из того, что накопилось за то время, пока лежал в каменном мешке госпиталя джаргов. Но все из того, что придумал в те моменты, сейчас казалось глупым и банальным.