Я косо посмотрел на Алекса и вернулся к своим ножам.

Уж больно он возбуждён. Глаза сияют, от усталости не осталось и следа, движения полны энергии и задора.

Кураж, — заметил силач Иван. — Обычное состояние артиста перед выступлением.

А я вот никакого куража не чувствовал. Я откровенно боялся. И это хорошо: надеюсь, мой страх уравновесит безбашенное настроение шефа.

Всё было готово к встрече «гостей». Артисты стояли молча, каждый был вооружен тем, что ему по нраву. Махендра вновь был человеком, в его руках сверкал короткий индийский кончар. А вот Секундра Дасс, скрывшись на пару минут, возвратился в образе гигантского удава. Тяжелое тело с отчётливым шорохом передвигалось по арене, громадная голова прядала в стороны с быстротой птицы, холодные, с вертикальными зрачками глаза смотрели мудро и равнодушно.

Честно говоря, я бы предпочёл иметь тигра в арьергарде, и рассудительного Секундру Дасса в напарниках. Но не мне указывать артистам, что делать.

Напряжение нарастало.

— Уж полночь близится, а Германа всё нет, — пропел Алекс хорошо поставленным баритоном.

— Почему мы ждём на арене? — нервно передёрнув плечами, я оглядел ряды пустых кресел, густые тени, скрывающие самые верхние ряды…

— Потому что это — место силы, — Демидов никуда не ушел. На коленях, прикрытых клетчатым пледом, лежал здоровенный пистолет. — Арена придаёт нам уверенности. В ней есть своя магия.

— Всё равно это глупо, — я в сотый раз проверил баланс ножа и положил его на место. — Самое стратегически невыгодное положение.

— Это не так, — мягко улыбнулся директор цирка. — Нигде в мире артист не чувствует себя сильнее, чем на арене.

Изменение прошло столь неуловимо, что его заметил только я.

Не было никакого ветра, зловещих шорохов, мятущихся теней…

Я просто моргнул. Закрыл глаза в одной вселенной, и открыл уже в другой.

— Они здесь.

— Ты уверен? — Алекс оглядел безмолвные ряды кресел, задрав голову, осмотрел купол и галерею оркестра.

И в этот миг у самого верхнего ряда кресел, в одном из проходов, появилась Аллегра.

Она словно соткалась из тьмы и теней, но на самом деле, в конце прохода была небольшая дверка… Она вела во внешний коридор, который тянулся вокруг всего купола. В обычной жизни им пользовались униформисты, а в экстренных случаях он служил пожарным выходом.

Но в эффектности появления ей не откажешь. Одетая в облегающий кожаный костюм, с чёрными, распущенными по плечам волосами и ослепительно белой кожей, Аллегра казалась актрисой, только что закончившей сниматься в сцене дорогого боевика.

Макияж подчёркивал её бездонные глаза, а губы сияли карминной помадой.