Впрочем, это были уже детали. Малозначительные. Километровая дистанция для хоть сколь-либо прицельной стрельбы выглядела запредельной в морских сражениях тех лет. Да, стрелять можно. И 32-фунтовые, и 42-фунтовые, и прочие пушки били вполне уверенно на такую дальность своими ядрами. Но вот с попаданиями имелись сложности. Непреодолимые, в общем-то, без перехода на нарезную артиллерию и новые методы подготовки артиллеристов.

Началось вялое обсуждение.

Наблюдатели выглядели словно прибитые пыльным мешком. Среди них присутствовали люди, разбирающиеся в морском деле. Но даже те, кто в нем мало что смыслил, осознавали ту критическую проблему, которую только что всем создала Россия.

Да, если очень захотеть, и Франция, и Испания, и ряд других стран смогут построить некоторое количество таких вот крупных кораблей. И даже артиллерию в сильно ограниченном количестве изготовят нарезную. Но снаряды… Химический состав детонаторов пока держался в секрете. А простыми болванками стрелять… Ну такое себе. Разрушительный эффект от попадания разрывной гранатой они только что все отчетливо и ясно оценили.

Давить числом?

В теории было можно. Но у России в Павлограде уже были заложены еще два систершипа. А у иных стран даже к разработке не приступили. Тем более что Петр их добил, рассказав, что линкор защищен броневым поясом, позволяющим держать выстрелы собственных орудий…

— И как с этим бороться? — невольно прошептал француз.

Никто из услышавших его слова не ответил. У них у самих в голове крутился точно такой же вопрос…

Галеон подвели к причалу шлюпками и притянули брошенными концами.

Делегация спустилась на берег по трапу и направилась к линкору, который заметно их опередил и спускал пары. Царь все же решил провести экскурсию для любопытных.

Алексей же соскочил незаметно. Участвовать в этом цирке он не хотел, да и не требовалось. Отец и сам пояснит что нужно, так как лично участвовал в его проектировании и разработке.

Отошел в сторонку, вроде что-то заметил.

Зацепился взглядом за рыбака в сторонке. Да и подошел к нему, вроде как по какому-то делу. Тем более что такие импровизации он делал постоянно, ломая программу и «производя замер» реального положения в стороне от подготовленной ему очередной «потемкинской деревни». Что вынуждало чиновников на местах волей-неволей делать свои дела хорошо. Ведь Алексей мог и нужник для рабочих пойти проверить, и в трущобы зайти, чтобы глянуть, как люди живут, и еще чего учудить. Пару раз даже в московскую канализацию спускался. Ничего толком не увидел и не разобрал, но отвечающие за нее чиновники страху натерпелись…