— На жир?

— И на ус, и на мясо. Мы все перерабатываем. Это мясо поступает на фермы свиней и очень крепко улучшает их нагул. Они, правда, рыбой после этого попахивают, но это меньшая из бед. Тем более что мне недавно сообщили — нашли способ. За месяц-другой до забоя переводить на другие корма. Сам понимаешь, свинина — ценный продукт. Дорогой. Мы вообще думаем им скармливать все отходы переработки рыбы. Не только для засолки. В Архангельске я уже заводик консервов поставил. Выгодное занятие. Очень. Но там и тут — две большие разницы. Уголек, опять же, на островах нашли и не только там…

— Я смотрю, ты прямо вдохновлен, — улыбнулся Апраксин.

— Я люблю север. И без всяких оговорок счастлив, что царь с царевичем стали меня поддерживать в этом. Трудно даже представить, как он расцветет, если мы вместе да лет двадцать-тридцать сообща тут потрудимся.

— Холодно здесь.

— Привыкаешь. Местные-то привыкли, — вернул улыбку Строганов.

Они разговаривали и спокойно шли по порту, мимо сложенных штабелями строительных материалов и прочего. Кола строилась. Быстро. И обживалась.

Уже первый район достраивали из однотипных двухэтажных домиков. Кирпичных. Толстостенных — в добрые полсажени кладки[2]. С холодным чердаком под крутой черепичной крышей и, если верить Строганову, с крепко утепленным потолком.

А там расчищали площадку под второй такой же.

Пыхтели три паровых гусеничных трактора и один экскаватор. Обещались поставить еще с десяток колесных, чтобы полнее компенсировать нехватку рабочих рук и лошадей.

Хотя люди… Их тут было удивительно много для таких мест. И все чем-то занимались. Праздношатающихся не найти. Ну если не считать самого Апраксина с компанией.

— Алексей Петрович, слышал я, хочет тут флотилию поставить, — осторожно спросил Строганов.

— Пять кораблей, да, — кивнул Апраксин. — Для борьбы с пиратством и общего поддержания порядка.

— Да к нам же пираты и не ходят.

— Вот чтобы и впредь не ходили — поставит. Слышал ли, что в Норвегии творится?

— Слышал. Но хоть убей, не понимаю, чего им там надобно. Торга там толком и нет. Они там что, друг у другу рыбу воруют?

— Скудно живут. Оттого и проказничают. А у тебя тут есть что взять. Вот мы и опасаемся — как бы не решились.

— Бог с тобой, — отмахнулся Строганов. — Эти норвежцы ко мне сюда за товарами ходят. Зачем им меня грабить? Кто им что потом продавать станет? Датчане свои северные земли совсем забросили.

— Ты слишком хорошо думаешь о людях, Григорий Дмитриевич, — улыбнулся адмирал. — Одни на торг ходят, а другие и посмотреть — что у тебя взять. Сколько у тебя тут товаров для торга? Топоры, пилы, гвозди, ткани и прочее. Им все это надобно. Тем более что ты торгуешь сходно и обильно. Сам-то веришь, что дураков среди них не найдется?