Впервые на ее лице надменность сменилась скупой одобрительной улыбкой.

— Мужчина, знающий себе цену, достоин уважения. Прошу прощения, я была не тактична. Вы изволите написать мой портрет?

— С удовольствием, — улыбнулся я.

Вот из таких мелочей и выстраивается репутация. Наверное, эта дама посчитала, что раз я рисовал портрет сутенерше, то очень нуждаюсь в деньгах. И это верно лишь отчасти. Однако в дворянской среде, если обо мне пойдет такой слух, исправить его будет крайне сложно. Особенно учитывая тот факт, что здесь провинция и все друг друга хотя бы шапочно знают. Даже я уже немного набрался сведений о разных аристократах нашего уезда. По большей части — в театре тети, но и это лишь пока. А ведь я тут чуть больше месяца живу. И вот про эту Аверьянову я тоже слышал. Ее покойный муж был когда-то главой дворянского собрания, и внимания Марии Парфеновны искали многие, чтобы через нее повлиять на ее мужа. Он умер, а командирские замашки у дамы остались. Сказалось еще и то, что ее супруг был аж полковником до того как вышел в отставку. И два сына сейчас тоже служат в армии.

— На какой возраст вы хотите выглядеть на холсте? — спросил я даму, когда мольберт был установлен, и все было готово к началу работ.

Мария Парфеновна вскинула бровь в притворном удивлении.

— Разве это не очевидно? На тот, который я выгляжу.

И вот как ее понять? Рисовать по факту или все же чуть «сбавить года»? На всякий случай, помня слова Екатерины Савельевны, что все женщины хотели бы выглядеть на картинах моложе, решил все же нарисовать Аверьянову лет на сорок. Для этого было достаточно просто «вернуть цвет» ее седым волосам, да чуть сбавить морщин. И я не прогадал!

Когда картина была завершена — а Мария Парфеновна оказалась идеальной натурщицей, слово статуя застыв на пару часов на месте — женщина подошла к холсту и удовлетворенно посмотрела на него. Даже улыбка промелькнула на ее сухом и властном лице.

— Я довольна, — скупо выразила она свою благодарность.

Мысленно облегченно выдохнув и вытерев трудовой пот, я распрощался с Аверьяновой, отправившись пообедать в кафе. Вскоре мне еще один заказ выполнять, а в животе уже откровенно урчало. Будет конфуз, если во время рисования его будет слышно сильнее, чем мой голос. И уже как следует подкрепившись, я отправился по следующему адресу, который мне дала госпожа Совина.

* * *

— Увы, Константин Васильевич, лишнего леса у меня для вас нет, — развел руками Леонид Валерьевич. — С прискорбием вынужден вам отказать.

— Понимаю, — покивал граф. — Текущий заказ от Сергея Александровича?