Я закусил губу: Скиф был прав.

— Кот, ты услышал меня?

— Услышал.

— Есть какие-нибудь идеи?

— Есть, — буркнул я, — пойду прыгну в реку с Бородинского моста.

— Там сейчас крепкий лед, — ответил Скиф, — когда что-нибудь надумаешь, звони.

В трубке раздались короткие гудки.

В тишине и пустоте я наблюдал в окно, как по огромной безлюдной площади перед вокзалом двигаются в мою сторону четыре язычка Темного огня — четыре ауры Темных дозорных. Они пока еще далеко, но через несколько минут будут здесь, и мне не укрыться от них ни за какими стенами. Только бежать, бежать прочь — через промороженный до глубин заснеженный город. Я отставил чашку и приготовился уходить, но замер у окна: два Светлых огонька — ауры магов Ночного Дозора двигались наперерез Темному патрулю. Все шестеро остановились у круглой рекламной тумбы на остановке троллейбуса и о чем-то миролюбиво заговорили. Один из Светлых протянул Темным пачку сигарет, и компания преспокойно закурила, поглядывая по сторонам.

Сердце радуется, какие мир да любовь настали. Неужели из-за меня? Даже как-то тепло на душе от этой мысли.

На Кутузовском я поймал старенькую «шестерку» и упал на заднее сиденье.

— Коломенская улица. Только не через центр.

Водитель, молодой кавказец, не удивился:

— Пятьсот рублей, новыми.

Приезжий мог бы и возмутиться. Но мы, москвичи, привычные.

— Хорошо, только быстрей.

Насколько велика вероятность, что мое имя уже известно Дозорам? Мотоциклисты на Рублевке, троица Темных в метро — всем хорошо досталось от меня. Ауру мою они видели — но нужно хотя бы несколько часов, чтобы установить личность. Главное, не попасться с поличным на улице.

Отчего-то я был склонен поверить Скифу. Да, если сбросить со следа червя с девчонкой — то, наверное, я смогу где-то отсидеться, и Дозоры со временем оставят меня в покое. Но только как это сделать? Червь следует в Сумраке за артефактом. Предположим, я верну его — девчонка уйдет и уведет с собой чудовище. Но тогда мне придется отвечать перед Дозорами, потому что Омогой и его приятель не станут меня прикрывать.

Автомобиль пронесся по Кутузовскому проспекту к выезду из города. Похоже, поедем по кольцевой дороге. Дольше, но безопасней — окраина.

— Холода настали такие, видел, да? — попытался завязать беседу водитель. — Машину утром еле завел.

— Да, наверное, — ответил я, — извини, я задремал.

— А… тогда спи, братан, еще далеко.

Червь в Сумраке идет за этой вещицей… он не может прорваться в наш мир, но зато вход в Сумрак для меня теперь смертельно опасен. А значит, использование любой магии становится проблемой. Я никогда не смогу быть уверенным, что, подняв тень, не окажусь сразу же в мерцающей пасти с несколькими рядами зубов.