— Что ж, рад это слышать.
— Также я должен напомнить, что суд по вашему делу назначен на первое июля, ваше сиятельство. Я должен убедиться, что вы осознаете серьезность вопроса.
Опять двадцать пять…
— Разумеется, — кивнул я. — Как и обещал, буду. Скрывать мне нечего.
Банфи вздохнул с видимым облегчением.
— Благодарю, ваше сиятельство. Меньше всего мне хотелось бы настаивать.
Ага, попробуй заставь. Все прекрасно понимали, что я мог послать их куда подальше. Ну, теоретически. Это бы навредило моей репутации, в Россию была бы направлена нота протеста, и императорская канцелярия все равно вынудила бы меня явиться на этот треклятый суд. Но это могло занять многие месяцы, ибо бюрократия. Я бюрократию ненавидел и предпочитал решать вопросы как можно быстрее. Тем более, теперь будет у кого погостить в Вене…
Наконец, Лилию все же передали гвардейцам, и один из них вынес ее, все еще безмятежно спящую, на руках. Выглядело это странно. Словно она была принцессой из сказки, а не преступницей. Но кем бы она ни была, оставалась аристократкой — а это означало особый протокол.
— Что ж, господа, — Пульзе присел за обеденный стол и открыл папку с бумагами. — Не смею сейчас задерживать господ из России. Подпишите, пожалуйста, первичный протокол. В дальнейшем мы вызовем вас в суд для дачи свидетельских показаний. Либо направим к вам нашего сотрудника для выяснения подробностей.
Я доверил просмотреть бумаги Столыпину. Прекрасно читавший по-немецки, он кивнул.
— Все изложено верно.
Поставив размашистый росчерк, я вернул одолженную ручку Пульзе.
— Что вы намереваетесь делать с Куффнерами?
Дознаватели переглянулись. Пульзе помрачнел.
— Мы не вправе оглашать всех деталей расследования, но, безусловно, поступок Даниэля фон Куффнера неблагоприятно скажется на всей его семье. Кроме того, подключатся и другие службы дознания — таможенная, финансовая… Что до самого Даниэля фон Куффнера, то он объявлен в розыск на территории Австро-Венгрии.
— И логично, что он постарается покинуть ее пределы, — отозвался я. — Если уже не покинул.
Пульзе устало потер глаза. Видать, бессонная ночка выдалась не только у нас.
— Мы предполагаем, что он мог тайно пересечь Саву, — сказал он. — Наша служба уже отправила запрос в полицию Сербии, но проверка потребует времени. Тем более, Земун — благодатное место, чтобы перебраться на другой берег инкогнито. Уверен, сейчас Даниэль фон Куффнер в Белграде.
— Но он может двинуться и дальше, — добавил Столыпин. — Вглубь Сербии, в Черногорию. А оттуда — в Италию, например. Или решил попытать счастья в Дакии, что видится даже более предпочтительным вариантом. Несмотря на то, что у вас договор о выдаче преступников, затеряться в том же Букуреште гораздо проще.