Я печально вздохнул.
— Дело в том, господа, что я испытываю некоторые сложности с организацией безопасности. Недавно случился один неприятнейший инцидент… В общем, на моего помощника напали. Опущу подробности, ведь все закончилось хорошо. Но с тех пор я был вынужден серьезнее задуматься об обеспечении своей безопасности и безопасности своих людей. И я ищу, к кому можно с этим обратиться.
А вы что думали? Что я сразу вывалю на вас истинную причину своего визита? Нет уж, никакого артефактора я сейчас искать не буду — слишком засвечусь с таким вопросом. Лала была права: здесь требовалось действовать очень осторожно и аккуратно. Так что я решил сыграть роль обеспокоенного и напуганного дворянина.
— А вы знаете, кто напал на вашего человека? — Спросил итальянец.
— Нет, господин Гандольфини. Этим занимается полиция, но… Мы с вами прекрасно понимаем, что результатов ждать не стоит. И меня больше интересует не поиск виноватого, а предотвращение возможных повторений подобных инцидентов. Так что мне нужны люди, которые смогут обеспечить должную защиту. Меня предупреждали, что Белград — не самое безопасное место, но я полагал, что сам попаду под удар. Не хочу, чтобы это касалось моих слуг и моего жилища, — я улыбнулся и приподнял бокал. — И, разумеется, я готов щедро заплатить за свое спокойствие. Это даже не обсуждается.
Судя по всему, я и правда отлично вешал лапшу на уши. Потому как Зорана и Джулио мои слова убедили. А вот третий джентльмен так и не представился. Не принимал участия в разговоре, слушал меня молча, но очень внимательно.
— Прошу прощения, кажется, я не расслышал вашего имени, — я обратился к нему напрямую.
— Эдвард Ланге, — тихо отозвался он.
Меня как током ударило.
Ланге! Эдвард Карлович Ланге… Вот откуда он показался мне знакомым! Он фигурировал среди персон в досье Столыпина еще в Земуне. Когда мы начали искать всех одаренных, что прибыли в Земун примерно в одно время с нами. Помимо Воронцовой там был еще и Ланге. Менталист, восьмой ранг. И я помнил, что Андрей так и не смог нарыть на него ничего существенного. А потом всем нам стало резко не до этого.
А еще имя Эдвард отлично сокращалось до Эда…
Я приложил все усилия, чтобы не показать эмоций. Хорошая, блин, тренировка перед игрой в покер. С большим трудом, но у меня получилось.
— Знал я одного Ланге, — небрежно отозвался я. — В Петрополе, в комитете по земельным вопросам. Не ваш ли случайно родственник?
Эдвард покачал головой.
— Нет, ваше сиятельство. Однофамилец.
— Жаль. Так бы передал привет, — я поставил бокал на стол и обвел игроков взглядом. — К черту все мои проблемы. Я пришел сюда развеяться. Сыграем, джентльмены?