— Без обид, — улыбнулся я. — Было бы странно, не имей этот клуб секретов.
— Ну а если вам здесь понравится и общество вас примет, то сперва вы сможете рассчитывать только на серебряный статус, — добавил Ненадович. — Все по нарастающей. Процедура принятия не самая простая: вашу кандидатуру должен одобрить совет членов клуба. Затем, после внесения нужной спонсорской суммы, вы сможете пользоваться гостеприимством «Офелии». Но если захотите поднять свой статус, например, до золотого, то сделать это сможете не раньше, чем через год.
— Общество должно убедиться в моей благонадежности? — предположил я.
— Именно так, ваше сиятельство. Сами понимаете, чем больше привилегий, тем больше возможностей. И секретов… И ответственности. Так что членам клуба потребуется время, чтобы к вам… присмотреться.
— И никаких исключений? — улыбнулся я.
— Исключения существуют только для наследников основателей «Офелии». Мы имеем бриллиантовый статус с рождения. Но это тоже накладывает определенные ограничения.
Интересно, почему Ненадович так легко решился затащить меня в этот клуб? Признаюсь, когда мы со Столыпиным планировали небольшое представление в ресторане на Скадарлии, я даже не предполагал, что этого окажется достаточно.
На самом деле вся эта сценка предназначалась лишь для того, чтобы продемонстрировать Ненадовичу свою силу и готовность его защитить. Ну и посмотреть, как он поведет себя в такой ситуации — я хотел понимать, с кем имею дело. А лучше всего люди показывают истинное лицо именно в стрессовых обстоятельствах.
Но то, что должно было стать лишь первым шажочком к установлению доверительных отношений, внезапно привело меня к цели. И теперь я стоял перед высокими деревянными дверями самого тайного и богатого клуба Сербии.
Стоял и думал, как действовать дальше.
— Прошу, ваше сиятельство, — Матфей сам открыл двери и пропустил меня вперед. — Сегодня вы мой гость. И я хочу отблагодарить вас за благородный поступок. Не думаю, что тот разозленный мужчина убил бы меня, но… Я оценил вашу доблесть. И ваши способности. Вы не только добрый, но и полезный друг.
Я сухо кивнул.
— Уверен, вы сделали бы для меня то же самое.
— Вот поэтому вы и здесь, Никола. Потому что мы с вами, кажется, слеплены из одного теста. И, признаюсь, я редко могу найти человека, с которым будет легко и приятно общаться. Того, кто не лебезит, не пресмыкается, а просто берет и действует, когда следует. Вы случайно не проходили военную службу?
Я едва не рассмеялся. Как он умудрился считать это? Даже с учетом того, что служба у меня была в прошлой жизни. Чем я себя выдал?