Как же вовремя я прочитал досье Ливенов! Хотя бы понимал контекст.
— Занимательно, что для себя вы ничего не требуете, — сказал Столыпин.
Менталист печально усмехнулся и принялся вертеть горячий стаканчик в руках.
— Мне хорошо известно, что ничего хорошего меня не ожидает, господа. Поэтому я спасаю только тех, кто действительно ни в чем не замешан.
— И раз вы просите только о своей сестре, а не о матери…
— Вы все верно поняли, ваше сиятельство. Моя мать и втянула нашу семью в эту… В это общество. У нее были личные мотивы — она хотела отомстить отцу. Но она не знала, что за всякую ценную услугу будут требовать ответную, и еще дороже. Жизнь отцу испортили, путем хитрых манипуляций вынудили его передать многие активы в руки моей матери. Но потребовали…
— Вас?
— Нику. Веронику, мою сестру.
— Боюсь, вам придется пояснить, — проговорил Столыпин.
— Если в двух словах, на мою семью нашлось полно компромата — с обеих сторон. И эти люди… Они стали требовать услуги. В частности, они хотели завербовать мою сестрицу на свою тайную службу. У нее потенциал на Третий ранг. И она могла бы стать опасным оружием.
— Так что же это за люди?
— Они никак себя не называют. Но я для себя нарек их «Гексаграммой», потому что у посыльного была татуировка с шестиконечной звездой на руке. Дайте бумагу, я нарисую.
Столыпин вытащил из внутреннего кармана записную книжку с ручкой и подал пленнику. Тот начертил символ, нисколько не похожий на всем известный шестиконечник. Здесь лучи были вытянутые, острые.
— Никогда такого не видел, — признался Вук.
— Я не уверен, что все они носят такие татуировки, — пояснил Ливен. — Может это вообще случайность. Просто я хорошо запомнил этот символ.
Серб покачал головой.
— Все равно наведу справки.
— Расскажите, что это за общество. — Я подался вперед. — Что им нужно? Что вы для них делали? Ведь как я понимаю, вы решили спасти сестру и вместо нее начали выполнять работу самостоятельно? Именно поэтому вы так резко все бросили в Петрополе и умчались в Париж?
Ливен уставился на меня в упор.
— Что ж, я вижу, вы немного осведомлены, ваше сиятельство. Но сперва я хочу услышать, что мои требования будут исполнены.
Я покосился на Столыпина, и тот кивнул.
— Я дам приказ готовить документы. Но вызволять девушку…
— Это тоже решим, — сказал Вук.
— Слово дворянина, — добавил я. — Вы помогли мне, и я помогу вам. Влияния хватит.
— Да я уже понял, что вы не так-то просты, князь Бринский.
— Значит, мы договорились. Теперь ваша очередь. Информация. Все, что может помочь нам выйти на них.
Ливен принялся обводить контуры гексаграммы.