Я кивнул.
— Не собираюсь бегать от правосудия. Это не по-княжески. Лучше решить вопрос раз и навсегда. Но я не хотел нарушать наши планы на Земун. Поэтому придумал такой поворот.
— С этим обвинением мы непременно разберемся, — пообещал Столыпин. — Главное — избежать скандала, хотя я сомневаюсь, что удастся. Единственный вопрос, который сейчас меня гложет — случайное ли это стечение обстоятельств? Или же кто-то намеренно решил утопить вашу репутацию?
* * *
— Станция — город Земун, Австро-Венгерская империя, — провозгласил динамик. — Остановка — тридцать минут. Просим путешествующих подготовить документы.
Женский голос повторил это же не только по-русски, но еще и по-сербски, по-венгерски, по-немецки, по-румынски и даже по-гречески. Странно, что османов обидели.
— Ну, ваше сиятельство, пора на выход, — сказал Столыпин и подхватил свои чемоданы.
Этот поезд был куда проще знаменитого «Балканского экспресса», зато летел с такой же скоростью. Всего полдня — и мы оказались в Земуне. Сидя в вагоне первого класса, я перечитывал путеводитель, составленный для меня сотрудниками канцелярии Ее императорского высочества.
Пока все пассажиры столпились в очереди у дверей, я невозмутимо продолжал читать. Никогда этого не понимал. Ну зачем ломиться в еще закрытые створки, топтать друг другу ноги и пыхтеть в затылки? Всех обязательно выпустят.
Наконец, двери открылись, и толпа самых нетерпеливых высыпала на перрон. Это был даже не вокзал, а, скорее, станция. Но симпатичная.
Перрон украшали бронзовые колонны, поддерживавшие изящный, в стиле ар-нуво, стеклянный навес. Там же стояли турникеты: подданным Австро-Венгрии требовалась только быстрая проверка документов, а нас ждал полноценный «красный коридор».
Столыпин вызвался улаживать вопрос с таможенниками, пока мои слуги и секретари выволакивали наш объемный багаж. Быть князем — значит не иметь возможности путешествовать налегке. Гардероб и прочее, техника секретарей, артефакты, кое-какой скарб слуг… Словом, барахла хватило бы на небольшой обоз.
— Прошу, ваше сиятельство, — Столыпин указал дорогу. — Мы с вами идем первыми, после — секретари, затем остальные.
— Хорошо.
Пройдя через турникет, мы оказались в относительно небольшом стеклянном павильоне. Здесь уже толпились подданные других государств, ожидавшие своей очереди на проверку документов. Но нас, кажется, решили встретить по первому разряду.
— Князь Бринский, — к нам вышла приятная темноволосая женщина в форме сотрудника погранслужбы. — Прошу за мной, ваше сиятельство.
Столыпин кивнул, показывая, что все было в порядке. Я неторопливо последовал за женщиной. Вскоре мы оказались в отдельном кабинете, где, судя по стальному столу и прочему оборудованию, проходили личные досмотры.