Жизнь налаживалась. В рамках заданных координат, конечно.

Вечером я сел сводить дебет с кредитом. Открыл заметки в телефоне, где в столбик были выписаны расходы и доходы.

За десять дней чистого навара — тридцать восемь тысяч рублей (за минусом бензина, аренды авто).

Но математика — наука упрямая.

Минус коммуналка (оплатил просрочку в пятнадцать тысяч, чтобы не отключили свет). Минус та самая шина у Лёхи. Еда, одежда.

Итоговый баланс: ноль целых, хрен десятых.

А ведь еще был кредит. Кредит за бизнес, который оформил Генка. Что там писало в смс? Платеж через две недели?

Я смотрел на эти цифры и, к своему удивлению, не чувствовал раздражения. Наоборот. Я ощущал азарт. Старый, забытый голод игрока.

Когда я управлял миллиардами — это была абстракция. Цифры на счетах, перегоняемые из одного офшора в другой. Я не чувствовал их веса.

А здесь всё было осязаемо. Бюджет Петрова был похож на сломанный кубик Рубика, который нужно собрать, имея всего три грани из шести.

Телефон на столе пискнул, вырывая меня из финансовых медитаций.

Приложение такси загорелось фиолетовым. Заказ.

Я прищурился. Обычно в это время сыпалась мелочь по городу.

«Серпухов — Санкт-Петербург».

У меня брови поползли на лоб.

Расстояние: 750 километров.

Стоимость: 36 000 рублей.

Класс: Комфорт.

Я моргнул. Может, глюк? Петербург? На такси? Из Серпухова? Обычно такие марш-броски совершают либо сумасшедшие, либо те, кому нельзя светить паспорт на вокзале.

Палец завис над экраном.

Тридцать шесть тысяч. Одним махом. Это больше недели работы в обычном режиме «дом-работа-магазин». Вычет комиссии, бензин, и всё равно останется почти тридцатка. Плюс возможность проветрить мозги на трассе, сменить обстановку.

— Была не была, — хмыкнул я и нажал «Принять».

Адрес подачи: улица Чехова, частный сектор.

Я быстро собрался. Бросил в рюкзак бутылку воды, зарядку. Написал Тамаре Ильиничне, что на два дня уезжаю, что выгулять Барона не получится.

Подъезжая к деревянному, покосившемуся домику на улице Чехова, я гадал, кто будет моим пассажиром. Беглый зэк, банкир в бегах или сумасшедшая бабушка с десятью кошками?

У калитки стоял маленький сухой старичок.

На нем было драповое пальто, явно пошитое ещё в те времена, когда качество ткани ценилось выше модного кроя. На голове — фетровая шляпа. В одной руке он держал потертый кожаный портфель, в другой — ручку небольшого чемодана на колесиках.

На вид ему было за семьдесят. Очки в толстой роговой оправе делали его похожим на ученую сову.

Я вышел, открыл багажник.

— Добрый вечер. В Петербург? — уточнил я на всякий случай.