Гена? Кто такой вообще этот Гена?

И тут реальность будто взорвалась.

— БИ-И-ИП!

Звук был таким, словно мне в ухо засунули какой-то большой и очень громкий корабельный ревун. Оглушающий, буквально физически плотный удар по перепонкам.

Глаза распахнулись сами собой.

Вместо спокойной синей воды и кораллов я увидел очень грязное лобовое стекло. А за ним — стену. Серую, тёмную, забрызганную слякотью стену металла, которая в настоящее время летела прямо мне в лицо. Огромная решётка радиатора, фары немаленького размера, и надпись на красными буквами на белом борту: «Магнит».

Фура. Она была, казалось, в метре. Мозг ещё не успел постепенно понять, что вообще происходит, он всё ещё медленно плавал где-то на дне океана, но тело…

Тело знало, что нужно делать.

Руки — чужие, грубые, с довольно глубыми мозолями на ладонях — сами же рванули руль вправо. Резко, до самого упора, так, что захрустели суставы.

Правая нога — в потрёпанном, видавшем виды кроссовке — вдавила педаль газа в пол, а через секунду переключилась на тормоз.

Визг резины перекрыл даже рёв клаксона. Мир накренился. Машину закрутило. Меня швырнуло на дверь, ремень безопасности очень жёстко врезался в ключицу, выбивая воздух.

Удар.

Подвеска с лязгом встретилась с чем-то твёрдым и большим. Камень? Бордюр? Машина подпрыгнула, проскрежетала дном по мелкому гравию и замерла.

В полуметре от металлического отбойника.

Тишина.

Она навалилась так же внезапно, как и весь этот шум секунду назад. Только сердце колотилось где-то совсем близко к горлу, пытаясь выпрыгнуть и проломить грудную клетку изнутри. Тук-тук-тук. Бешено, я бы даже сказал испуганно.

Я сидел, намертво вцепившись в руль. Дыхание вырывалось из груди хриплыми, рваными и неровными порциями.

В зеркале заднего вида я увидел удаляющуюся корму фуры. Водитель даже не нажал на стоп-сигналы. Просто незаметно уехал, оставив за собой довольно густое облако тёмной, сизой солярной гари.

Я медленно разжал пальцы. Руки тряслись мелкой, предательски-противной дрожью.

Какого хрена здесь вообще происходит⁈

Осмотрелся.

Это была не яхта. И даже не мой дорогостоящий «Майбах».

Дешёвый серый пластик приборной панели. Потёртый, тёмный руль с небольшой эмблемой крылатой стрелы. «Шкода». Салон прокурен так, что хоть топор вешай. На пассажирском сиденье валялась пустая пачка сигарет и какие-то мятые чеки.

Я перевёл взгляд на спидометр. Стрелка лежала на нуле. Рядом, в довольно дешёвом китайском держателе на присоске, висел смартфон с трещиной через весь экран.

На дисплее светился навигатор. Синяя линия маршрута: «Серпухов — Домодедово».