– Ах ты маленькая дрянь! – заревел Михаэль, поняв, что прикрыть его спину больше некому.

Он подошел достаточно близко и замахнулся, чтобы ударить дочь по лицу. Стрелять в родного отца Стаси оказалась не готова. Будучи проворной, она поднырнула под руку Михаэля, но, поскользнувшись на мокрой гальке, рухнула на бок. Михаэль пнул дочь по ребрам и вскинул револьвер, целясь Стаси в голову.

– Ни с места!

Стрелки, что еще недавно целились в Райнера, корчились на земле. А со стороны часовни в свете полицейских проблесковых маячков на берег спешил Йохан.

– Чертов булле![43] – Михаэль тут же вскинул руку.

Палец Стаси замер на спуске. Ребра болели, но перелома, кажется, удалось избежать. Хоть бил папаша от души. Михаэль сплюнул под ноги, скалясь в торжествующей уверенности: дочь не выстрелит. В отличие от него. Йохан на пригорке походил на утку в тире для детей. Для опытного стрелка ни единого шанса промазать. Он не смотрел в сторону Михаэля, вглядываясь в темноту в поисках брата. Эта заминка могла стоить Йохану жизни.

Стаси не думала – сработали рефлексы. Глухой хлопок выстрела слился с криком Михаэля за мгновение до того, как он сам спустил курок. Пуля вошла в плечо. Револьвер выпал из ослабевших пальцев, и Стаси точным пинком отправила его в озеро.

– Тварь! – взвыл от ярости Михаэль.

Зажимая рану, он выхватил из-за пояса нож и бросился на дочь. Стаси застыла, не в силах выстрелить в отца еще раз. Теперь уже в упор. Резким движением он схватил Стаси за волосы и поднял с земли, намереваясь перерезать ей горло.

– Оружие на землю! – рявкнул Йохан.

Выстрел позволил ему сориентироваться. Мужчина поспешно прыгнул с пригорка, сбивая Михаэля с ног. Лезвие лишь кончиком задело нежную кожу, оставляя за собой саднящий след. Тут же из темноты высыпали полицейские. Михаэля грубо повалили на землю два крепких парня в бронежилетах.

– Не забудьте девчонку. Она заодно с нами! – хрипел он, отплевываясь от песка. – В наручники ее! Она стреляла в меня!

Один из офицеров шагнул к Стаси, потянувшись к поясу, но Йохан резко перехватил его руку, заслоняя девушку собой.

– Она со мной, – отрезал он тоном, не терпящим возражений.

Стаси потерла шею. В голове все еще шумело – все же приложил ее отец от души. Ребра ныли, а промозглый ветер пробирал до костей. А еще она осталась одна. Теперь уже точно. Даже иллюзия дружной семьи, за которой можно было спрятаться, растаяла. Может, именно поэтому так холодно?

– Ты в порядке, Кнопка? – Йохан развернулся к Стаси, внимательно осматривая ее шею.

– Да, – Стаси опустила голову. – Спасибо.