— Хочу вас нанять, — улыбнулся Иван. — Вас двоих, но вы же дружный коллектив… привлечёте товарищей.

Очень хотелось сказать какую-нибудь гадость. Но я молчал.

— Давайте так, — Иван развёл руками. — Вначале я чуть-чуть расскажу про нас. Про то, что вообще происходит. А то я уверен, тебе уже каждая сторона конфликта наплела всякого-разного, да ещё и наград посулила. Я начну с правды, потом коснёмся и наград. Готовы выслушать?

Виталий Антонович кивнул, как-то болезненно улыбнувшись. Да чего это с ним?

— Он уже в курсе своей награды, — небрежно сообщил Иван. — И хочет её заслужить, от чего страдает. Итак… мои дорогие юные подопечные. Человечество гораздо старше, чем учат в ваших школах. И в космос мы вышли не в двадцатом веке. Иные миры покорять стали ещё семь тысяч лет назад. Врать не стану, сам в ту пору не жил, мало таких старожилов… Очень быстро люди наткнулись на Инсеков. И если ваш многоногий приятель ответит правдиво, то признает — мы предлагали мирное сосуществование. Окучивать свои зоны космоса, получать требуемое, даже держать союз против иных культур.

— Всё ради смыслов? — спросил я.

— Да, Инсеки любят этот термин. Мы чаще говорим «суть», но пусть будут «смыслы». Что нужно любому разумному существу, любой цивилизации?

— Всё, что нам нужно, это любовь, — мрачно сказал Виталий Антонович.

— Ответ неверный, — усмехнулся Иван. — Всем нужно только одно — вечность. Бессмертие. Ваши чудесные религии, ваши научные мечтания, всё это об одном: как бы прожить подольше, а в идеале вообще жизнь вечную поиметь. Потому что умирать, дорогие мои, никто не хочет. А выход только один — переход в постсингулярную стадию. Но для этого надо создать много, много смыслов. Никакое обычное долголетие, никакие исследования пространства и времени, никакие эксперименты с материей этого не дают. Сознание невозможно перенести в электронную форму, как мечтают ваши трансгуманисты. Живой организм не может обновляться вечно, да и кардинально это ничего не меняет, что бы ни придумывали биологи. Все разумные формы жизни, нажравшись от пуза и удовлетворив своё первичное любопытство об устройстве Вселенной, стремятся перейти в высшую форму существования.

— Допустим, — сказал я. — И что, самим мирно жить и плодить смыслы нельзя?

— Можно, но сожрут по дороге. Все жрут всех, потому что боятся, что сожрут их. Замкнутый круг. Инсекам не понравилась наша экспансия, нам не понравилась их заносчивость… Несколько сотен лет мы конфликтовали, несколько сотен лет мы воевали активно. Они делали ставку на киборгизацию и псевдоразумные машины, мы на биологическую изменчивость и создание специализированных форм людей. У обоих подходов были свои плюсы и минусы.