Она внимательно смотрит на нас с Мирой. А я в свою очередь рассматриваю экономку. Видимо, она читает скепсис на моем лице и говорит, улыбаясь, уже мягко, иначе:

— У меня трое внуков, Ольга, уверяю вас, я умею общаться с маленькими очаровательными принцессами, — говорит, а сама на Миру смотрит.

— Пойдешь со мной, милая? — обращается напрямую к малышке.

— Дя… — отвечает дочка и я передаю ее Юлии Михайловне.

Немножко с опаской наблюдаю за удаляющейся женщиной, но все же подмечаю ее дружелюбный настрой к ребенку и улыбку.

Где-то понимаю первоначальное отношение чопорной женщины. Скорее всего, она сложила два и два и, возможно, приняла меня за авантюристку, навязывающую богатому мужчине ребенка…

Понятно, что и как можно додумать, но конкретно сейчас я замечаю более теплое отношение, и хоть человек мне совершенно чужой, но все же неприятно, когда тебя считают не пойми кем.

Отбрасываю ненужные мысли и фокусируюсь на том, что сама очень хочу поговорить с Маратом, чтобы он хоть как-то прояснил мне ситуацию.

Не знаю, куда мне идти и где этот самый кабинет, как вдруг ко мне идет Алина, девушку приобнимет за талию ее муж, но стоит нашим взглядам встретиться, как она освобождается от хватки и направляется ко мне.

— Мне пора домой, — а затем неожиданно обнимает меня и шепчет одно слово, — держись…

Отпускает меня и смотрит на мужа, который кивает мне и представляется коротко:

— Александр.

— Ольга, — отвечаю и сразу же замечаю выходящего к нам Марата.

Умаров уже без пиджака, верхние пуговицы сорочки расстегнуты.

— Я позвоню, — проговаривает он, глядя на Ставрова, тот в ответ кивает.

Эти двое явно пребывают не в самом лучшем расположении духа и понятно почему. Александр опять обнимает жену за талию и ведет к дверям. Ощущение такое, что он ее из рук выпустить боится.

Как только за ними захлопывается дверь, я опять оборачиваюсь к Умарову, который подходит к бару и наливает себе выпивки.

Делает короткий глоток и глаз с меня не сводит. Смотрит так, что дыру прожечь готов.

А я вспоминаю его. Такого же. В тот день, когда выгнал меня. Такой же взгляд пустой был. Становится не по себе, и я просто отворачиваюсь, обнимаю себя за плечи. Слышу шаги позади себя, но не оборачиваюсь.

А он останавливается позади меня. Так, что я даже чувствую то, как горячее дыхание шевелит мои волосы.

— Тест ДНК испорчен, — раздается густой тембр его голоса, от которого у меня мурашки по спине бегут.

Его рука ложится на мой локоть и заставляет развернуться, чтобы заглянуть в дымчато-синие глаза мужчины.

Что там в них сейчас плещется, я не знаю, но у меня с губ срывается смешок: