Мира принимает диковинные конструкции за качели и с веселым визгом начинает играть и дурачиться, а я наблюдаю за дочкой.
— Присмотрите за ней, доктор, я поднимусь за курточкой, хоть и теплая погода, солнышко, но все же надо утеплиться, — наконец, говорю Ставровой, подмечая, что она так и осталась в больничном халате, — если хотите, из своих вещей могу прихватить для вас свитер.
Доктор улыбается светло как-то и кивает.
— Можно на ты и по имени. Зови меня Алиной.
— А я Оля.
— У тебя красивая дочка, чем-то на Марата похожа, — неожиданно говорит врач и я вздрагиваю.
Какая-то родственность душ между нами проскальзывает, а ее слова отчего-то ранят, потому что незнакомый человек видит то, чего Умаров не замечает.
— Ему как раз кажется, что они с Мирой не похожи. Тест ДНК мы делали, потому что Марат не верит, что я родила от него.
Девушка кивает, слегка улыбнувшись.
— С такими, как Марат, очень сложно. Деспотичные. Категоричные. Да чего там — бешеные местами…
Напрягаюсь, потому что слова Алины попадают прямо в цель и складывается впечатление, что она очень хорошо знает, о чем говорит.
— Вы с ним давно знакомы? — спрашиваю, отчего-то напрягаясь.
Боже! Я ведь не ревную Умарова к этой милой и бесспорно красивой девушке. Нехотя приглядываюсь к чистому лицу, к правильным чертам.
Светлоглазая блондинка… как и я…
Сердце сжимается болезненно на одно мгновение, когда проскальзывает мысль, что Алина моего типажа и что, возможно… возможно…
Нет! Я не имею права на ревность, на ненависть да, но никак не на ревность.
Но уже спустя секунду доктор Ставрова развеивает мои сомнения, мягко улыбнувшись.
— Марат близкий друг моего супруга. Они с Лексом похожи в чем-то.
Алина вдруг смотрит мне в глаза как-то по-особенному.
— У меня тоже была сложная история со Ставровым. Одна случайная ночь перевернула нашу жизнь. Знаешь, Александр узнал о сыне уже после его рождения… и я знаю, что испытывает мать, когда малыш болен…
Говорит, а у самой слезы в глазах цветут, и мне так больно становится…
— Я всегда мечтала стать врачом. Всегда хотела помогать деткам именно потому, что я пережила все то, что переживают мои маленькие пациенты и их родители… Поэтому я борюсь за каждого, как за своего собственного… и я уверяю тебя, что у Миры все будет хорошо, мы обязательно прорвемся…
Слезы текут по моим щекам, и я просто без слов обнимаю Алину. Слишком долго я была сильной, слишком долго я боролась одна и не было человека, который вот так просто скажет, что все будет хорошо, что мы обязательно, обязательно справимся…
Всего лишь слова поддержки, но за ними стоят сострадание и понимание…