Тот отложил что то типа ремешка с пряжкой, и тронул коляску сакраментальным ' Но, ленивые!'.

И тут мне в голову пришла еще одна мысль. И я сразу приступил к ее осуществлению. Сказал:

— А что, любезный, не поможешь ли двум мужчинам уединиться? Павел Петрович Крицин, мне сказал, что к вам можно, если что, обращаться.

Парень- извозчик натянул поводья, остановив коляску, и обернулся. Несколько мгновений нас с Калининым разглядывал. Бог знает, что он там увидел. Подслеповато щурящийся седой, мелкий мужик, с холеной бородкой и усами, и здоровенный блондин, в черной кофте до колен. Потом он спросил:

— Вам надолго? Пара часов, или дольше?

— До завтра — ответил я.

Водитель кобыл кивнул, и снова дернул поводья. Только теперь он гаркнул от души- «Но, залетные!».

Калинин, рядом, отчетливо хихикнул. Он, похоже, понял, что это сейчас было. За прошедшее после взрыва Орджоникидзе время, я успел восхититься его самообладанию. Он не блажил, не пытался командовать, оставаясь при этом полностью собранным и вполне готовым к неожиданностям.

Мы, тем временем, свернули налево, миновали гостиницу «Москва», проехали вдоль ГУМа по Красной Площади, и свернули у Лобного Места на Ильинку. Почти сразу остановились у Гостиного Двора. Парень- кучер обернулся к нам:

— Пройдете через весь рынок, у противоположного входа стоит такая же коляска. Отвезет вас дальше. Нет — мотнул он головой на трехрублевую бумажку, что я достал из кармана — с Петровичем рассчитаетесь.

Проходя Гостиным двором, что сейчас- банальнейший продуктовый рынок, с лавками, ларьками и прилавками, я пояснил Калинину, что нам нужно отсидеться, и связаться с моим руководством из безопасного места. Кто его знает, как оно сейчас там. А так, мне говорили, что заднеприёмные очень успешно шифруются, с помощью извозчиков. Почему бы их наработками не воспользоваться?

Беглое изучение обстановки показало мне, что мы никого не интересуем, и никто за нами не тащится. Разе что, люди, мелком глянув на Михал Иваныча некоторое время пытались сообразить, где его видели. Но предположить что это сам Калинин, бредет в толпе вдоль рядов с зеленью, никто не додумался.

— Мне нужна связь, Боб — озадачил меня тем временем вождь.

— И кому вы собрались звонить?

— Лаврентию. Мы готовились к подобному. Правда, ждали позже…

— Вы уверены, что на ваш звонок, первым приедет товарищ Берия? Давайте, Михаил Иванович, слегка поосторожничаем и разберемся. А вот потом….

На Варварке, на противоположном выходе из Гостиного двора, стояла коляска, в которую мы и уселись. Пролетка, без каких либо наших указаний тронулась. Только кучером был теперь достаточно древний дед в картузе с лаковым козырьком, и седыми усами.