Я совершенно не разбираюсь в строительстве и стройтехнологиях. Но даже я знаю, что это панельное домостроение, начнется при Хрущеве, в пятидесятых! А оно- вон, за окном!

Впрочем, быстро сменившись Стадионом Динамо, Белорусским Вокзалом, и непривычно узкой Тверской. Хотя, и она застраивалсь. По крайне мере, Страстная площадь, только бульварами и была похожа на себя. Памятник Пушкину через улицу от места, где он встанет потом. И, тоже стройка. Как раз дом, где потом будет магазин Арарат, уже был почти полностью возведен. А еще строились какие то дома недалеко от Манежной.

В общем — кругом стройка. Что меня слегка и пришибло. Я себе никак не представлял Москву тридцать седьмого. Но — сплошное строительство⁈

Да и публика на Тверской впечатляла. Девушки в легких платьицах, парни в широких штанах, бобочках и кепках. Гламурные дамы в шляпках, с джентльменами в чесуче и с тростями. Мелькает полувоенная одежда. Но, много меньше, чем я думал.

Между тем, правительственный ордер, грамотно и без остановок пропускаемый регулировщиками в белых гимнастерках, миновал Манежную, свернул на площадь Дзержинкого. С нее на Ильинку и, не замедляя хода, въехал в Кремль через Спасские Ворота.

Сделав пару поворотов, машина Калинина остановилась у, как я понимаю, Сенатского корпуса.

Я вылез из авто первым, поймав несколько охреневших взглядов от встречающих, со смутно знакомыми лицами. Не заморачиваясь, надел пиджак и шляпу. И повернулся к Калинину.

Он, тем временем, о чем то говорил с ментообразным охранником, что приводил меня в себя, и еще каким то деятелем, одетым в форму. Остальные встречающие были в гражданском.

Потом Михаил Иванович подошел ко мне и сказал:

— До встречи, Боб. Вот товарищи, они тобой займутся, и подскажут что и как.

Потом пожал мне руку, и, на ходу здороваясь со встречающими, ушел в главный вход здания. На площади остались только автомобили, и мы трое.

— Мистер Смайли. — заговорил тот, что совсем незнаком — мне поручено помочь вам устроится. Пойдемте.

И мы с ним пошли в главный корпус. Я услышал как за спиной хлопнула дверь авто, машины завелись и уехали.

Охранник на входе пропустил нас без звука, мы вошли в огромную рекреацию, повернули направо, и пошли коридором с дверьми по обоим сторонам.

Толкнув одну из них, мы оказались в приемной. С машинисткой, что на миг прервала пулеметную дробь печати, и чуваком в форме, за столом у двери в главный кабинет. При нашем появлении он встал из за стола. Мой сопровождающий обратился ко мне:

— Вам придется немного обождать, а потом мы побеседуем. Устраивайтесь — он указал мне на стулья вдоль стены — если чего то понадобится, обратитесь к секретарю — он кивнул на военного, стоящего за столом. Потом скрылся в кабинете. Секретарь сел, предварительно спросив меня: