Гражданин Борисов Р. О., находясь в пьяном виде, в кафе по адресу… со сцены оскорблял посетителей, и пел про них оскорбительные песни. Чем спровоцировал драку, в которой принял участие. В процессе драки, нанес легкие побои гр. Пуляеву П. С… действия Борисова подпадают под ст…Исходя из вышеизложенного — передать дело в суд.

— Все верно написано, — сказал я- у меня пара вопросов.

— Давай — Сидоров налил кипятку в кружки, сыпанув в них же по щепотке чая и по две ложки сахару.

— Со мной девушки были, они здесь?

— Сдурел что ли? Кто же женщин за драку закроет?

Эвона как у них!

— А где они, не знаешь?

— Их мой напарник опрашивал, ушли наверное- лейтенант пожал плечами, и отхлебнул одуряюще пахнущего чая. — они, поди уже дома спят. Ты часа три в отключке валялся.

— А я-то как здесь оказался? — чай оказался вполне себе дарджилинг.

— Администратор кафе наряд вызвал. Ну, они и приехали, с дружинниками. Всех построили и загнали в автобус. И тебя привезли.

— Со мной еще парень был, Гриценко. Его тоже закрыли?

— Во-первых, все свидетели, показали, что он лишь защищался. Вдабавок, он рабочий. Так что, он наверное, девушек твоих по домам и отвел.

— И что же мне светит?

— Остальные получили по году. Только эти двое — он глянул в список, что лежал отдельно — Пуляев, и Федоров, что тебя стулом отходили, на полтора года присядут. Вот же, бля! На них пахать можно, а туда же, — поэты! Так что, можешь уже морально готовится.

— А ничего что я, типа потерпевший?

— Если бы ты только отбивался, то и разговора не было. Пятнадцать суток, и гуляй. Но ты активно участвовал в драке, которую и спровоцировал. Так что — поедешь вслед за ними, лес валить.

— И что, так запросто коллегу к зекам кинешь?

— Да какой ты коллега? Носишь за руководством тапочки. Тебе бы выехать хоть раз в адрес, на бытовуху. Тогда б еще… А так… в тепле, сыт, пьян и нос в табаке. Даже драки устраиваешь. Совсем вы там, в ГБ берега потеряли. Милиции что, заняться нечем, по-твоему?

Так дальше и перебрасываясь фразами, мы попили чаю, и он сказал:

— Ну что, напился? — спросив это, он складывал в картонную папку бумаги, мои документы, и подписанное мной Заключение.

— Да, было вкусно — поблагодарил я.

В кабинет зашел выводящий, что меня сюда привел. Сидоров протянул ему папку с документами, и напутствовал:

— Ну, удачи.

— Куда меня?

— К судье, она поди заждалась — пожал плечами лейтенант. –бывай.

Длинный коридор, с солидными, двустворчатыми дверьми по обеим сторонам, упирается в стену, и сворачивает налево. Выводящий, или как тут его называют?, был флегматичен, и шел не за спиной, а рядом. Я мысленно чесал репу, и размышлял о том, что как не крути, но срок мне, похоже, впаяют. Условный, ясно дело. Гершензон зря болтать не будет. Но социалистическое правосудие мне нравилось. Набуровил? Пожальте бриться. Невзирая, и вопреки.