Дальнейшее воспринималось урывками. Потому что он выстрелил мне в лицо, но пуля зависла почти касаясь левого уха. А я, вывернул наган у него из руки, толкнул его от себя, обратно к шлагбауму, и два раза в него выстрелил. Попал.

Я никогда не убивал людей. Наблюдать короткую конвульсию, после ранений в голову и корпус было… противно. Я огляделся.

К полнейшему удивлению, справа от авто, немного поодаль, увидел какую то железнодорожную будку, из которой, выскочил простенько одетый мужик в железнодорожной фуражке, какой- нибудь обходчик, наверное. С пистолетом в руках, направленным на меня.

Швырнул наган на труп, и показал ему открытые ладони. А потом спросил:

— Ты все видел?

— Видел, видел — пробурчал мужик опуская пистолет.

Я полез в карман, он опять приподнял пистолет. Я достал золотого «сеятеля» и кинул ему:

— Вот, держи. Вызови милицию. Расскажи все что видел. Номер моей машины, и все остальное. Я скоро вернусь.

Тут, очень вовремя, замолк дурацкий ревун, и шлагбаум поднялся. Я обрадовался, потому что хотел было везти Александру обратно к себе домой.

Так что, уселся в машину, завел двигатель, потряс головой:

— Он мне чуть ухо не отстрелил! Глянь, — я покрутил башкой- с головой все нормально?

Бледная Сашка несколько мгновений смотрела на меня, а потом придвинулась и поцеловала. Ответив впрочем:

— Да, две как обычно…

Дом председателя колхоза ' Марфино', больше всего напоминает обычную господскую усадьбу. Два этажа, четыре колонны, подъездная дорожка к крыльцу, с разворотом вокруг клумбы.

Я не дал ей времени на исполнение сцены ' холодное прощание с чуваком, который тебе безумно нравится'. Открыл перед ней дверь, помог выйти из машин. С удовольствием поцеловал, и начал обходить машину, что бы сесть за руль и ехать обратно.

— Боб- позвала она — не думай обо мне плохо…

— Поздно спохватилась — ответил я — созвонимся.

И помчался на место преступления. Дела мои, выглядели неважно. Чувак, пять часов назад получивший условное, тут же грохнул какого то мужика. Закроют меня. Одна надежда, Сашку, может получится отмазать.

Отвезти Воронцову домой и вернуться на переезд, у меня заняло минут сорок. Еще минут пять я стоял перед шлагбаумом, пропуская очередной таварняк. На месте преступления никого не было. Включая тело.

Остановился, заглушил двигатель и вылез из машины. На завалинке у будки, флегматично сидел дед в жд фуражке. Только, вдобавок он щелкал семечки, небрежно закидывая их в рот, и сплевывая под ноги. Я уселся рядом с ним, и достал сигареты. Отметил, что осталось три штуки. Больше «Лакки Страйк» у меня не было. Предложил деду, он отмахнулся.